1 Чтобы не тратить время водителей и свое, можно написать табличку с местом назначения.

2 Всегда смотрите кто сидит за рулем автомобиля. Если не уверены в водителе — лучше не садитесь в машину.

3 Багаж держите при себе, в салоне автомобиля. В этом случае вы точно не забудете его в багажнике и из него ничего не пропадет.

Карманный путеводитель: Афины

Путеводитель <Афины> - незаменимый спутник в путешествии. Открывает его короткий исторический раздел. В основную часть включены 3 однодневные прогулки по столице Чехии, дающие возможность познакомится с ее основными достопримечательностями, а также несколько дополнительных экскурсий и однодневных поездок за пределы Праги.

       На границе Молдовы и Румынии запрещен пеший переход. Меня не пропускают. Сижу, жду попутную машину. Отдыхаю. Общаюсь с местными жителями. Машин нет. Зато иногда проезжают велосипедисты. Оказывается, пешком границу пересекать нельзя, а на велосипеде можно. Причем, велосипедист может везти пассажира и некоторый груз.

       Этим пользуются местные жители и идут через границу целыми процессиями вместе с сумками, авоськами и велосипедами. И хотя идут они пешком, наличие велосипеда является своеобразным пропуском. Как раз мимо меня проходят две тетки с рюкзаками, сумками и тележками на колесиках, да еще и катят нагруженный вещами велосипед. Спешу присоединиться к ним и хватаюсь одной рукой за руль велосипеда. Я тоже велосипедист! А таможенники выписывают нам пропуск: «ВЕЛО 2+1».

       ***

       Подъезжаю ночью к Бухаресту и наблюдаю значительную активность на трассе. Навстречу мне непрерывно едут телеги. В темноте слышно фырчанье лошадей, цокот копыт и грохот деревянных колес по асфальту. К каждой телеге сбоку прикреплено ведро красного цвета, внутри которого горит свечка. Самый натуральный «габаритный огонь»! И что интересно: все везут какие-то бревна. Но почему ночью? Воруют что ли? Непонятно. *

        ***

       Возле Бухареста ко мне привязался весьма странный парень клоунского вида. Менхель Барбаросса «помогает» мне останавливать попутные машины, размахивая цветастым зонтиком. *

       Потом забирает у меня тяжеленный рюкзак и ведет пить лимонад на ближайшую заправочную станцию (пришлось топать несколько километров ради этого сомнительного удовольствия). И все время он поет мне румынские песни, учит румынским ругательствам, а напоследок дарит свою ужасную кепку с желтым помпоном. Не обращая никакого внимания на мои категорические возражения против такого подарка!

       ***

       В Стамбуле иду на автобус, чтобы добраться до российского консульства. Но шофер меня обманывает: привозит ... на стоянку маршрутных такси, да еще забирает за свою «помощь» все мои турецкие деньги - 500000 лир. Водителю маршрутки даю старый лотерейный билет, что тут же вызывает крайнее удивление и всеобщую радость. И даже, несмотря на неудачную попытку обменять эту странную «деньгу» на что-нибудь путное, меня довезли.

       ***

       Еду по Турции, общаюсь с людьми, изучаю язык. Например «стой» по-турецки будет «дур». А «остановка» соответственно «дурак». Если хочешь попросить водителя остановиться, то надо громко кричать ему: «Дурак! Дурак!».

       Прошу объяснить дорогу, а в ответ слышу длинные тирады, самые распространенные слова в которых: «бурда» и «мурда». Долго не мог понять, что это за ругательства? А оказалось, «бурда» значит «здесь», а «мурда» - «там». И меня не «посылали», а на самом деле объясняли, как пройти!

       ***

       Заехал в Эфес, посмотреть развалины одного из чудес света - храма Артемиды Эфесской. Увы, сейчас от него осталась только одна колонна, да и то собранная из каких-то разнокалиберных обломков, на вершине - гнездо аиста. Видимо, туристы, которых возят сюда за деньги, испытывают крайнее разочарование. Зато неподалеку плещется ласковое Эгейское море, где можно купаться и ловить крабов. Чем я и занимаюсь с большим удовольствием.

       ***

       Приезжаю в Айдан. Очень хочется кушать. Иду в ближайший ресторанчик. Посетителей там нет, но работа кипит: готовятся какие-то мясные блюда. Спрашиваю «кайнар су» (кипяток по-турецки), чтобы приготовить себе еду. Один из работников ресторана ведет меня обратно на улицу, приговаривая при этом: «Окей. Кайнар су! Кайнар су!». Вдруг он останавливается: «стоп! лучше поедем». Я удивляюсь таким сложностям и, тем не менее, сажусь в его машину, и мы едем на какой-то пустырь. Я вижу бетонный забор, огромную свалку. Странные люди, которых у нас можно было бы отнести к бомжам или цыганам, жгут костры и готовят еду. Мой провожатый приветствует их и ведет меня за собой, а за нами уже следуют какие-то чумазые дети. Вокруг растет высоченная трава, выше моего роста. Под ногами хлюпает грязь. И все же я иду дальше. Мне уже интересно, чем все это закончится. Мой спутник поворачивается ко мне. Показывает знаками - «Тсс! Слышишь?!». Я ничего особенного не слышу, и мы продолжаем идти. Тут растительность перед нами расступается, и я вижу... что из под земли торчит какая-то ржавая труба, а из нее хлещет самый настоящий кипяток. Вода имеет жуткий черно-коричневый цвет и отвратительный запах. Мой спутник делает торжественное лицо: «О! Кайнар су!»

       ***

       Возле Антальи я на дороге познакомился с турецким автостопщиком Мехметом Али. Он не знал английский, а я не говорил по-турецки. Тем не менее, мы быстро нашли общий язык и путешествовали вместе целых три дня: купались, брали штурмом крепость в Аланье, готовили еду на костре на пляже. Было много забавного и интересного.

       Каждый раз под вечер Мехмет Али начинал беспокоиться и упрашивал меня встать на ночлег, пугая бандитами и террористами. А я торопился на встречу с друзьями в Сирии, хотел проехать еще немного. Однажды, поздно вечером мы шли по небольшому городку, когда мне захотелось чаю. Но, к сожалению, нигде в прямой видимости чай не продавали. Вдруг я заметил группу людей сидящих и пьющих чай. Я радостно направился к ним. Мехмет Али заволновался: «Здесь чая нет! Здесь везде террористы! Лучше пойдем отсюда!» Но я не слушал. «Салям Алейкум, товарищи! Приятного аппетита!» - обратился я к сидящим. Нас сразу же пригласили и налили нам чаю. Степенно попивая горячий напиток, я поинтересовался по-турецки: «Бурда террорист вар?» (Здесь террористы есть?). На меня весело замахали руками. Дескать, никаких террористов здесь нет, а сами сидящие работают в полиции, и ничего криминального в их городе вообще давно не случалось. Я повернулся к своему спутнику: «Вот, Мехмет Али! Бурда террорист ек. Бурда шай вар!» (Здесь террористов нет, а чай есть!).

       ***

       На турецко-сирийской границе я застрял: она была закрыта с 4.00 до 9.30. Когда, наконец, началось движение, первым появился турецкий автобус. Шофер очень хотел денег, а на просьбу взять бесплатно, рассмеялся мне в лицо. Следующий автобус был сирийский. А его шофер не только взял меня бесплатно, но и угостил мороженным. По дороге в Алеппо все пассажиры пели песни на арабском языке. Я пытался им подпевать, думая про себя: «Добро пожаловать в Сирию - рай для вольных путешественников!»

       А в Алеппо, когда я спрашивал у местных жителей дорогу к российскому консульству, меня почти насильно запихали в такси. Мои горячие возражения, что я могу дойти и пешком, в расчет не принимались. Таксисту были даны деньги и ценные указания - не выпускать меня из машины, пока не приедем к месту назначения. Так что к консульству я подъехал с шиком.

       ***

       Вместе с друзьями отправились исследовать крепость Джабар, считающуюся одной из наиболее интересных и живописных крепостей Сирии. Дорога к ней шла через плотину. От плотины надо было пройти еще «немного» пешком, по крайней мере, так нам объяснили сирийцы. Еще раз переспросили у местных жителей, те подтвердили, мол, недалеко - «вахед километр» (один километр) через пустыню. Мы поверили и пошли. Прошли пустыню, миновали деревню, перебрались через реку, затем некоторое время блуждали по огромному песчаному карьеру, поднялись на холм и спустились, миновали очередную деревню. У всех встреченных сирийцев мы спрашивали - где же крепость Джабар, и все, как один, отвечали - недалеко, «вахед километр». Но мы прошли уже десятки километров, а крепости не было видно и следа. Наконец, после нескольких часов блужданий, вновь вышли на асфальтовую дорогу, остановили машину и за десять минут доехали до крепости.

       ***

       Когда мы уезжали из Пальмиры, нас подобрал какой-то грузовик. Он немного провез нас, а потом свернул в какой-то пустынный карьер. Так что мы оказались стоящими на дороге прямо посреди пустыни. Мы стали голосовать, надеясь не застрять здесь слишком долго. Вдруг перед нами остановился микроавтобус с красным полумесяцем на боку - «скорая помощь» (интересно, что в христианских странах символ «скорой помощи» - крест, а в мусульманских - полумесяц, то есть основные символы доминирующих религий. Интересно, что рисуют на «скорой помощи» в Индии. Колесо Сансары?).

       Микроавтобус подобрал нас - трех здоровых парней с рюкзаками. И это несмотря на то, что он вез в госпиталь Дамаска умирающего ребенка, его родителей, бабушку и врачей. Все это было более, чем странно. Самое ужасное, что ребенок по дороге умер. Нас высадили на дороге, извинились, что не едут больше в Дамаск, после чего «скорая» развернулась и поехала обратно в Пальмиру.

       ***

       Едем в Босру: сначала в ковше какого-то трактора; потом верхом на цистерне, которую везет еще один трактор; затем, продолжая ехать на цистерне, голосуем по грузовичку, и, не спускаясь на землю, перелезаем в него - просто какой-то экстремальный автостоп!

       ***

       Уже недалеко иорданская граница. Еду до Дыры на мотоцикле. Смеркается. Сегодня границу лучше не переходить, так как потеряю день в Иордании. А я хочу успеть проехать ее транзитом за два дня, чтобы не платить потом 20$ за выезд. Решаю переночевать в Дыре, а ехать на следующий день. И тут какая-то машина настойчиво предлагает довезти меня до границы. Подумав, что это еще далеко, я соглашаюсь. Однако, мы проезжаем меньше километра и оказываемся на переходе. Я в панике. Нужно срочно возвращаться обратно, ведь мы уже проехали первый контрольный пост. А водитель и пассажиры не хотят меня отпускать. Это машина контрабандистов, которые везут на продажу в Иорданию всякие запрещенные товары. И я им нужен, чтобы отвлечь таможенников. Будто все эти вещи мои, а машина, в которой я еду, просто такси. Но я отделываюсь от навязчивых попутчиков, и иду скорее обратно. Сирийцы не хотят меня пускать, подозревая, что я только что приехал из Иордании. Но, слава богу, я не успел поставить выездной штамп, и, осмотрев мои вещи, таможенники все-таки пропускают меня обратно в Сирию.

       ***

       Иордания. В порту Акаба весьма многолюдно. Местные автомобилисты, отправляющиеся в Египет, нагружают свои машины так, что днищем чиркают асфальт.

       Все, кого я спрашивал, в один голос заверили меня, что египетскую визу можно получить прямо по прибытию в Египет. Но в египетском порту Нувейба меня не пропускают. Нет визы, а ставить ее не хотят! Неприятно. Сижу в полицейском участке. Какой-то офицер звонит по поводу меня в Каир в министерство госбезопасности. Рядом со мной сидит канадец и тоже без визы. Ему-то как раз поставить визу могут, но у него нет денег. Виза стоит 15 долларов, а он все свои доллары поменял на египетские фунты еще в Иордании, справедливо полагая, что в Египте нужны египетские деньги. Но таможенники египетские деньги не хотят, и требуют доллары. А обменный пункт находится уже за пределами таможни, выйти нельзя.

       Приняли соломоново решение, я дал канадцу доллары в обмен на египетские фунты, а мне таможенники бесплатно поставили в паспорт штамп разрешающий безвизовое пребывание в стране на 13 дней. Так я оказался в Египте без визы, но вполне легально.

       ***

       Забавный общественный транспорт в Каире. Жуткие коптящие автобусы, застревающие в пробках - это доступно для всех. А вот метро - удовольствие дорогое. Первый вагон поезда - чисто женский. Там едут женщины в платках, а мужчинам вход строго воспрещен. Остальные вагоны смешанные. Там можно встретить пассажиров обоих полов и, зачастую, без платков.

       Как-то я вскочил в городской трамвай. Там было-то всего два вагона. И надо же, как раз попал в женский! Кондуктор, усатый мужчина, энергично замахал на меня руками - в женский вагон нельзя! Но трамвай уже закрыл двери и едет. Сойти можно лишь на следующей остановке. Я пытался вручить кондуктору деньги за билет, но тот гордо отказался. Деньги он берет только с женщин!

       ***

       Пока я выбирался из Каира, успел проголодался и, купив манго, помыл его и начал есть, сев возле подъезда какого-то дома. Вдруг до меня донесся какой-то свист. Я обернулся и увидел свисающую с балкона третьего этажа веревку с сумкой. На балконе стоял какой-то человек. Он улыбался и подавал мне странные знаки. Я осторожно подошел и заглянул в сумку. На дне лежали две гуавы - плоды грушевидной формы. Мне в подарок!

       ***

       Когда мы искали место для ночлега в Асуане, вся полиция города и все местные жители пытались чуть ли не насильно отправить нас в дорогой отель. А нам этого как раз не хотелось! Мы попытались найти приют в церквях, но безуспешно. Ложиться спать на скамейке в парке или ставить палатку было рискованно: нас запросто могли обнаружить «хелперы». Вдруг мы увидели народные гуляния: в разгаре был какой-то мусульманский праздник. Если хочешь спрятать вещь, лучше спрятать ее на самом видном месте! Вот мы и устроились на холмике возле какой-то водокачки. Вокруг нас сидели и лежали люди, всю ночь мимо маршировали колонны с какими-то хоругвями, били в барабаны, пели песни. Прямо над нами висел громкоговоритель, который во весь голос возносил хвалу Аллаху, то шепотом, то криком, то нараспев. Но вся эта какофония для усталых путешественников была как колыбельная для младенцев.

       ***

       В Судане мы однажды ночевали в деревушке Акаша. Ни водопровода, ни электричества там не было - вообще, никакими благами цивилизации там и не пахло. Но приняли нас хорошо: накормили, выделили каждому по деревянной кровати. А утром, собирая свои вещи, мы обнаружили, что один из наших рюкзаков за ночь облюбовали крупные суданские прыгающие тараканы. Как они туда попали, и почему именно в него, а не в один из стоящих рядом, так и осталось загадкой.

       ***

       В одном городке суданцы привели нас на ночлег в фундук, местную гостиницу. Открытое небо, земляной пол и дерюга на полу, за эти удобства надо было заплатить по местному курсу 1 доллар. Ну и ну, мы отказались и пошли в местную мечеть. Тот же двор с земляным полом, то же небо, но бесплатно. Легли, мешок с хлебами поставили рядом. Ночью все тело почему-то жутко чесалось. Оказалось, местные муравьи обнаружили месторождение хлебов и проложили по нашим телам Великий Хлебный путь, под покровом ночи бессовестно расхищая нашу провизию.

       ***

       Интересно, что в Судане дорог почти нет. Одни направления. Просто множество следов шин посреди пустыни. Можно выбирать любые и ехать по ним, надеясь не застрять в пустыне.

       Впрочем, у водителей есть свой инструмент на случай увязания в песках: две широкие металлические полосы, прикрепленные на борту грузовика или автобуса. У каждого водителя есть помощники, которые ловко спрыгивают на землю. Хватают металлические полосы и кладут под колеса. Машина рычит и вырывается из цепких объятий песков, после чего водитель снова давит на газ и едет дальше. А помощники должны быстро успеть прикрепить железки к борту, и забраться в кузов (если это грузовик) или на крышу (если это автобус). При этом нужно поторопиться, а то машина быстро уедет вперед и придется ее догонять бегом, пока она снова не застрянет или не сломается.

       Большинство имеющихся в Судане машин уже давно устарело, а нормального автосервиса нет. Вот и приходится за одну поездку чиниться по несколько раз. Состояние тамошнего автотранспорта весьма плачевное. Ломается все, что только может ломаться: выходит из строя мотор, лопаются колеса, отваливается кардан. Пассажиры к поломкам уже привыкли. Как только машина ломается, они тут же безропотно из нее выходят и рассаживаются вокруг, терпеливо ожидая, пока починят.

       ***

       Я что-то не то съел и заработал расстройство желудка. Не мудрено - антисанитария, вода грязная. Ночевал в гостях у одного суданца, тот лечил меня относительно чистой водой с солью и лимоном. Вот и вся медицина.

       ***

       В Хартуме мы зашли в консульство РФ, узнать про наших товарищей. Они там уже побывали и даже оставили для нас письмо. А ночевать мы пошли в мечеть. На ее территории было довольно грязно. Мы взяли в руки метлы и хорошенько вымели весь двор, чем привели в полный восторг присутствующих там мусульман.

       ***

       Доктор Мухаммед в Кариме подарил нам целую коробку манго. Мы просто не могли их съесть в таком количестве, поэтому начали раздаривать нищим и менять на апельсины.

       Познакомились с русскоговорящими суданцами, которые в свое время учились в России. Они ругали свое правительство и хотели поскорее эмигрировать куда-нибудь, желательно в Россию. А в США ехать боялись, так как «там убивают».

       ***

       Когда мы уезжали из Хартума, на окраине города к нам подошел какой-то человек и, представившись Мухаммедом, владельцем меблированных комнат, и пригласил нас посетить его заведение.

       У суданцев есть традиция. После свадьбы жених увозит невесту в отель на 7-10 дней. Своего рода медовый месяц. А делается это потому, что на свадьбу съезжаются многочисленные родственники, и в доме просто нет свободного места. Естественно, что подобные отели есть только в Хартуме, но они безумно дорогие. Меблированные комнаты стоят дешевле. От 15 до 40$ в день, к тому же там есть все немыслимые, по суданским меркам, удобства: ванная, телефон, кондиционер, видео и т.п. Конечно, все сделано по-судански: дорогая деревянная дверь повешена ниже, чем нужно и чиркает по паркету; раковина течет; пульт у телевизора сломан; светильник не работает... Но после глиняных лачуг, чувствовали мы себя там, как во дворце!

       ***

       Мы ехали в Вад Медани, когда у машины, в кузове которой мы находились, кончился бензин. Водитель остановил какого-то велосипедиста, сел к нему на раму и укатил на заправочную станцию. Мы остались стеречь грузовик. Вскоре водитель вернулся с канистрой бензина, и мы поехали дальше.

       ***

       Остановились в придорожном кафе, чтобы съесть купленный нами арбуз, похожий на кабачок. В этом же кафе на кровати лежал какой-то человек. Он долго смотрел на нас, а потом предложил нам два апельсина. Мы взяли. Тогда человек обрадовался и угостил нас лимонадом. Мы и это восприняли благосклонно. Придя в совершеннейший восторг, человек захотел нас накормить обедом и даже начал звать официанта (не вставая со своей койки!), но тут мы уже отказались, так как были сыты. Но все равно нам было приятно, и мы подарили этому необычному товарищу несколько открыток с видами России.

       ***

       В Вад Медани мы позвонили Хафизу. Он встретил нас и привел к себе в гости, а вечером мы пошли к его другу, который тоже свободно говорил по-русски, хотя и с азербайджанским акцентом, так как учился в Баку. Суданцы вспоминали свою студенческую молодость и ругали свое правительство - пришедших к власти в 1989 году «братьев-мусульмане» с их идейным вдохновителем доктором Тураби - за то, что национальная суданская культура заменяется арабской, насаждается строгий ислам, запрещают женщинам работать, не заботятся об экономике и образовании, ограничивают свободу слова...

       Когда в Судане выдают паспорта, возраст получателя определяют «на глазок», а вместо фотографии используется графа «описание владельца». В школах на уроках по начальной медицинской подготовке учат, что средство от всех болезней - терпение.

       А при нынешнем суданском правительстве существует «Комиссия по вызыванию дождя», которая занимается тем, что молится Аллаху, дабы тот ниспослал дождь на многострадальную суданскую землю. Бывает, что дождь действительно начинает идти - тогда члены «Комиссии» получают правительственные награды и премии, а если нет - значит «Аллах не был милостив!»

       Вечером, вернувшись в дом Хафиза, мы увидели удивительных ящериц сидящих на стенах. Я удивился, какие они плоские. На что Антон произнес: »Да! До 1989 года все ящерицы были красивые и толстые, а теперь тощие и плоские!«

       ***

       Утром мы все вместе поехали в зоопарк под открытым небом. Суданцы нам обещали, что там мы увидим обезьян и горных козлов. Оказалось же, что их, за годы правления »братьев-мусульман« всех съели. Остались лишь чьи-то мирно пасущиеся овцы и красивые, но, скорее всего, несъедобные птицы.