1 Чтобы не тратить время водителей и свое, можно написать табличку с местом назначения.

2 Всегда смотрите кто сидит за рулем автомобиля. Если не уверены в водителе — лучше не садитесь в машину.

3 Багаж держите при себе, в салоне автомобиля. В этом случае вы точно не забудете его в багажнике и из него ничего не пропадет.

Карманный путеводитель: Афины

Путеводитель <Афины> - незаменимый спутник в путешествии. Открывает его короткий исторический раздел. В основную часть включены 3 однодневные прогулки по столице Чехии, дающие возможность познакомится с ее основными достопримечательностями, а также несколько дополнительных экскурсий и однодневных поездок за пределы Праги.

       Самая веселая страна (из виденных мной)

       Индия... Страна, которая вот уже более пяти тысяч лет ждет европейских путешественников. В том числе – и российских автостопщиков. Страна непроходимых джунглей, улезающих в небо факиров, кобр, выскакивающих из мешка, и слонов. На первый взгляд, то есть. На взгляд, который может быть сформирован из красочных путеводителей и художественной литературы.

       Если меня попросят одним словом выразить отношение об этом субконтиненте, я констатирую, не задумываясь: «Бардак!» Если мне дадут второе слово, я, пожалуй, скажу: «Это удивительно!». И только с третьей попытки, скрепя сердце, произнесу: «Замечательная страна!» Об Индии я мечтал давно. То есть, как и любой нормальный человек, с детства.

       Меня влекла тайна, связанная с этой страной. Меня манили банановые и кокосовые рощи; разгуливающие по улицам элефанты; храмы, будто слепленные из песка ребенком на берегу моря; маленькие и ужасно красивые принцессы в сари, вынужденные под палящим солнцем выполнять мужскую работу.

       Всего этого я насмотрелся вдоволь. Может быть, и не совсем так, как мечтал и представлял в туманных грезах.

       По-другому...

       Но очень ярко и реалистично. Так, что уж не забыть. Попытаюсь описать эти тридцать дней, которые, может быть, не смотря на все, были лучшими в моей жизни.

        Начало романтики

       Лететь я решил с Настей. Я ее любил очень сильно, но еще больше - боялся. Поэтому, когда она грозна спросила: «Ну что, летим мы уже в эту твою Индию наконец или нет?», я резво собрал всю имеющуюся наличность и побежал в консульство.

       Попасть в Индию легко. Мы заполнили анкеты, затребовав визы класса «TRIPLE». *

       -Why? - робко поинтересовался консул на идеальном английском.

       -Потому что мы хотим посетить также Непал и Шри-Ланку, - нахмурив брови, сообщили мы ему. – При помощи поезда.

       -But there is no train to Sri-Lanka, - резонно заметил он.

       На что мы ему напомнили об Адамовом мосте и отсутствии у белых мистеров времени на пререкания.

       Визы были поставлены. Причем мне – на 3 месяца, а Насте – почему-то на 2. Впрочем, в последствии мы убедились в том, что индийское консульство ВСЕГДА выдает мужчинам более выигрышные визы, чем женщинам. Наверное, заинтересовано в притоке свежей крови белых мистеров аборигенному населению. А может, еще что…

       Перед дорогой я съездил домой к г-ну Кротову и поставил печать на Важной Бумаге. В ней в целом говорилось, что такие-то являются важными учеными и проводят научные исследования по такому-то маршруту. Просьба их не беспокоить и помогать по возможности. Следует отметить, что еще не разу мы в ней так часто не нуждались, как во время этого путешествия.

       По случаю жестокой войны между бывшей провинцией Индии (непримиримым, бедным и ужасно гордым Пакистаном) и непосредственно родиной арийцев мы решили лететь на самолете. Билет на чартерный рейс казахских авиалиний с посадкой в Алма-Ате стоил в две стороны 386 долларов. Дорого это или нет – судите сами, но для меня, не смотря на всю принципиальность и приверженность спортивному автостопу, время важнее любых денег. Так что через сутки после нашего вылета (не удивляйтесь - вспомните о разнице во времени) мы приземлились в столице страны магараджей.

       Аэропорт встретил нас неожиданной духотой (не смотря на вечер) и необычным запахом. Пока все это еще были ягодки, но мы этого не знали, поэтому несколько смутились. Я оставил Настю на скамейке и пошел менять 1 доллар. Больше пока не нужно было, а я догадывался, что в аэропорту не самый выгодный курс. Потом купил мороженое и стал искать бутылированную воду. Но денег на две бутылки не хватало. Всего-то пять рупий! Я стал было спорить с индусами, Но они были закаленные. Пришлось отдавать 5 советских копеек.

       А потом мы вышли из здания аэровокзала и направились в ближайшее поле.

       В поле было темно, и росли неизвестные автостопной науке необычные кусты. Настя достала фонарик, боясь кобр. Мы ведь все еще верили в сказку. Затем поставили палатку среди многочисленных тропинок и тщательно ее закрыли, опасаясь малярийных комаров.

       Луна горела в полную величину, и было здорово. Даже как-то не верилось…

       ***

       А вот просыпались мы совсем не так романтично.

       Прежде всего раздались загадочные шаги, которые мы решили проигнорировать. но вскоре по стенкам палатки замелькали многочисленные тени; затем раздались удивленные возгласы.

       Я вылез из палатки. Вокруг нас собралась толпа ублюдков (я все равно их впоследствии начну называть указанным словом, так что лучше с самого начала моего повествования буду употреблять привычные термины). Ублюдки при моем появлении резко замолчали и замерли. Сказать, что они были удивлены – это значит вообще ничего не сказать. Даже если написать об этом еще пару страниц. Индусы молча взирали на белого и ужасно злого мистера, который вылез из загадочного желтого дома, и, судя по всем имеющимся в наличии прямым и косвенным признакам, только что спавшим прямо под звездами. Данный факт никак не укладывался в несколько деформированные черепа последователей Шивы.

       все последователи указанного бога уже давно решили для себя, что европейцы – безумны по своей природе, и ни одному их поступку удивляться не следует. Но следовать жесткой логике не хотелось, Потому что те, другие, белые мистеры были на экранах телевизоров, а этот – вот он, реальный, живой и очень сердитый. Потому они стояли скопом, не двигаясь и удивлялись.

       Наконец один из них решился…

       Он все правильно рассчитал, этот индус. Потом, когда будут рассказывать о происшествии, соседи непременно вспомнят, что именно он был первым парламентером.

       Собрав все мужество в кулак, он в него кашлянул, привлекая к себе внимание, и произнес:

       -Hello, mister! What are you doing hear?

       -I slept hear.

       -But you can nоt sleep hear. There is а forest hear!

       -А тебе-то какое дело? – по-русски спросил я.

       Индус смутился. Впрочем, ненадолго:

       -It' s my dog. Her name is Poppy.

       Я не нашелся что ответить, поэтому промолчал. В это время рядом заворочалась и что-то сказала Настюшка. Это не ускользнуло от зорких глаз индусов. Они поняли, что рядом со мной в палатке скорее всего лежит белый ангел с приятным (не смотря на гневные нотки) голосом. Они радостно замычали что-то одновременно, затоптались, дружно показывая на палатку. Терпение мое кончилось. Я надел штаны, вылез из палатки и стал неторопливо высматривать что-то вокруг. Наконец я был вознагражден: Поднял с земли огромную палочку, и, все также нарочито неторопливо перекидывая ее из одной руки в другую и попытавшись изобразить на лице зловещую усмешку, пошел в сторону скопления. Результат превзошел ожидания – индусы всей толпой побежали с максимально возможной скоростью.

       Все – кроме одного. Этот индус имел богатый жизненный опыт и был закален в многочисленных уличных сварах, в том числе, возможно, и драках с соплеменниками. Он, сохраняя достоинство, потопал от меня по тропинке, непрестанно выкрикивая на ходу:

       - Why, sir? Why?!

       Я озадаченно остановился. А действительно – почему? Палочку пришлось выбросить.

       Потом мы неспешно умывались и собирали палатку. Индусы многочисленной толпой молчаливых свидетелей стояли поодаль. Теперь близко подходить к нам решались только вездесущие дети. Впрочем, скоро и их я отвадил. Дождавшись, пока троица подошла слишком близко, я неожиданно бросил спальник в сторону и, громко крича и размахивая руками, побежал в их сторону. Они мгновенно бросились врассыпную. Но я этим не удовлетворился. Я жутко не выспался и поэтому хотел крови. выбрал себе одну жертву и побежал за ней.

       Это очень страшно – когда ты убегаешь вместе с товарищами от чудовища, и неожиданно оно выбирает тебя. Я не старался его догнать - приблизился только на расстояние метра и вытягивал руки, делая вид, что вот-вот схвачу. Индусенок выворачивал голову на угол 180 градусов и кричал так, как будто я его уже схватил.

       Ну - И быстро бежал, соответственно. ведь У него была очень хорошая дыхалка. Или очень хороший стимул.

       Убегать.

       Вскоре, впрочем, я его настиг. Схватил тщедушное тельце и потащил его высоко над землей обратно. Он обмяк и приготовился умирать. Может быть, у него больше не было сил и смелости кричать. А может быть (я больше склоняюсь к этой мысли), он хотел показать чужеземцу, как умеют умирать потомки Великих Моголов.

       Я донес его ровно до того места, где начался наш бег, поставил на землю и пошел обратно к палатке. Мне стало скучно И хотелось завтракать.

       ***

       Наскоро завершив свои утренние дела, мы побрели на трассу в Дели. Стали стопить. Вот останавливается легковушка, И начинается потеха. Мы выучили несколько слов на хинди еще в самолете, и теперь добросовестно старались их употребить. Водитель вместе с пассажиром разволновались и вылезли из машины. Мы все жутко шумели, не понимая друг друга. Наконец я ткнул себя пальцем в грудь, потом хлопнул ладонью по крыше машины, затем громко произнес «Дели. Агра трэйн (поезд в Агру)»

       Наконец (раза с третьего) понимание было достигнуто, и индус обрадовался. Он достал блокнот, выдернул листок и стал старательно что-то выводить. Этот документ я привожу ниже:

       Потом мы залезли в машину и весело поехали. Водитель заметно нервничал – как же так, у иностранцев нет денег, а сам он едет не в центр Дели, а только на окраину. Как же они доберутся до вокзала? Надо было что-то придумать. Наконец он предложил заплатить за такси. Мы отказались.

       Он был удивлен - Почему?

       Потому что это (автостоп) – принцип.

       Мы все четверо замолчали, разделенные цветом крови, уровнем цивилизации и ходом мыслей.

       Равно как до этого – в Турции.

       И - в Сирии.

       И в прочих странах, расположенных ниже 40 градусов северной широты. Но все-таки водитель нашелся. Он неожиданно «вспомнил», что как раз сегодня ровно через пятнадцать минут один его друг едет в центр. Он довез нас до места и побежал разговаривать с другом. Через минуту мы совместными усилиями перетащили рюкзаки из одной машины в другую. Причем при этом я как всегда дал попробовать несчастным индусам свой рюкзак. И (о чудо!) один из них (не водитель) смог его продержать некоторое время на полусогнутых руках. Как же я зауважал его после этого! Забегая вперед, скажу, что после ни одному индусу такой фокус не удавался. Рюкзак у меня был серьезный. Весил, гад, килограммов тридцать. Просто я перед поездкой пополнил счастливые ряды глупцов, Набрав кучу непонятных вещей, которые так и протаскал все путешествие не вынимая из компрессника (например, толстую нательную сетку, призванную защищать мое тело от ядовитых насекомых, а ноги – от укусов многочисленных змей; 2 литра водки для принятия внутрь перед едой в качестве дезинфекции; килограмм таблеток; 2 килограмма супов быстрого приготовления и т.д.)

       Короче, люди, лучше всего ездить в одной одежде, регулярно стирать ее, и иметь только сменное белье и носки.

       Итак, индус нас обманул. Когда мы уже сели в новую машину, я краем глаза увидел, как он незаметно дал «другу» деньги. Ну ладно, поехали так поехали. Через полчаса мы оказались на вокзале. Мгновенно в нос ударил запах настоящей Индии. Непередаваемая смесь вони от фекалий, курений, специй, навоза, испорченных фруктов, выхлопных газов и масел. Говорят, что человек со временем привыкает ко всему. Мы за месяц так и не привыкли к этому запаху. Вернее – научились его терпеть, но не игнорировать.

       Теперь об аборигенах. Более-менее мы были подготовлены. Морально. Ну, начитались всяких впечатлений от путешествия по Индии цивильных туристов. Нищие, торговцы и Калеки…

       Вот последний пункт – это то, что вышибает из колеи. Можно научиться отвязываться от приставучих торгашей и рикшей, можно откровенно издеваться над кидаловом, которое только отдаленно напоминает своего старшего московского брата, можно давать или не давать нищим и перестать замечать иссохшие фигуры, лежащие прямо на асфальте, но, наверное, никогда нельзя привыкнуть к индийским калекам.

       Чего только мы не насмотрелись! Человека, у которого ладони были похожи на клешни краба с пальцами, растущими в разные стороны и человека-паука; мы видели нищего старика, деловито спешащего куда-то не смотря на то, что фигурой он напоминал вопросительный знак, и вполне приличного мужчину, у которого одна из рук была сантиметров двадцать в длину, но с ладонью, которой он отчаянно шевелил.

       Смешанное чувство ужаса, отвращения и жалости. В память врезается надолго – уж поверьте…

       Итак, мы прошли на вокзал, расталкивая индусов. Прямо под расписанием на полу спали несколько аборигенов, и многомиллионная толпа обходила их тщедушные тела и головы. Спали они, не взирая на чужие ноги и шум, сладко и крепко.

       Мы попробовали разобраться в расписании и не смогли. Вообще, впоследствии мы неоднократно добросовестно пытались найти нужный нам поезд, но как-то не получалось. Вернее, расписание может быть, что-то и скажет глупому иностранцу, но только поезд все равно поедет по-другому. Например, не поедет вообще, поедет в другое время или даже в другой город.

       Гораздо результативнее идти в справочную. Там все говорят по-английски; вы сообщаете им приблизительное направление, а они назовут ближайший поезд.

       Мы услышали что-то про поезд на Агру и решили дожидаться его на перроне. Нас обступили зеваки. Подошел продавец каких-то сладостей, напоминающих немного ирис, и предложил нам попробовать. Мы попробовали. И кивнули. Он сказал: «Деньги давайте». Мы ответили: «Денег нет». Он опешил, стал стоять перед нами и делать пальцами международный жест: «Я хочу денег». Но иностранцы только кивали, улыбались, хлопали его по плечам и говорили, что не надо был им ничего впаривать. А теперь-де поздняк метаться. Иностранцы не раздражались, потому что у них было хорошее настроение. Это потом они будут беситься от одного вида индусов, толкаться, орать на них и т.д. А сейчас иностранцы все еще наслаждались от первичного знакомства с многочисленными представителями другой цивилизации. Сейчас иностранцы даже могли позволить себе быть щедрыми. Впрочем, рупий действительно не было. Потому белые иностранцы поделились с представителем нации загоревших арийцев двумя российскими копейками. В какой-нибудь Сирии мудрый араб (потомок бойцов, славно мочивших когда-то крестоносцев) давно бы уже убежал счастливым хвастаться перед соседями. В какой-нибудь Турции прагматичный османец (потомок воинов Аллаха, которые за одну ночь подло вырезали два миллиона армян) давно бы попробовал монетки на зуб и попросил бы дальнейший ченж. Ну, или, обрадованный, повел бы в ресторан.

       Но только не индус. За пять минут Он успел сбегать в ближайший банк и пришел назад, цокая языком. Отдает монетки назад: мол, плохие. Давай рупии!

       Нам было жарко, поэтому ситуация могла накалиться. Но тут подскочил полицейский и начал ожесточенно о чем-то спорить с торгашом. «Мол, отстань от белых мистеров, А не то…» Индус пытался защищаться, Предъявил доказательства…

       Коп прогнал несчастного и стал одной из улик чистить ногти. Потом забрал обе копейки себе. Утром он пойдет в другой банк, более серьезный… В это время мы поняли, что ожидаемый нами поезд почему-то отошел с другой платформы. Следующий был через полтора часа.

       Мы вышли в город и обменяли баксы; Купили мандарины. Не смотря на то, что с нас взяли вдвое дороже (как оказалось в последствии), все это стоило сущие копейки.

       Когда вернулись на платформу, Вокруг нас завертелся какой-то солдат. Он так и сяк пытался обратить на себя внимание. То присядет рядом, то что-то скомандует ближайшим торговцам. Наконец он не вытерпел и спросил нас о наличии билетов. Мы сказали, что билетов нет. Он мгновенно застеснялся и ушел куда-то. А мы дождались поезда и залезли вовнутрь.

       Поезд напоминал наш российский плацкарт. Мы выбрали более-менее свободное купе и положили рюкзаки на третью полку. Жара была дикая, но положение хоть как-то спасали многочисленные вентиляторы. Индусы-соседи с интересом на нас смотрели, но первыми заговорить не решались. Равно, как и объявившийся вскоре контроллер.

       Первыми вступившими в прямой контакт с гордыми белыми мистерами были солдаты. Они проверяли у всяких подозрительных личностей документы.

       Нам же задали два вопроса: «Where are you going?» и «What country?». Потом кивнули и ушли.

       Часа через три мы были в Матхуре, откуда поезд уходил на Бомбей. Мы же хотели преодолеть оставшиеся 50 километров до агры автостопом.

       Когда мы вышли из здания вокзала, то были мгновенно атакованы яростной толпой рикшей, которая хотела «вэри чип» (с жутким акцентом) везти нас куда угодно. Мы расталкивали их и шли вперед. Где-то через километр остался всего один - Самый голодный, Худой, черный и весь изорванный. Он беспрестанно повторял «Доу рупий! Доу рупий!» (две рупии). Мы уточнили: «две рупии до дороги на Агру?» Он яростно закивал головой. Мы еще раз спросили (очень вежливо, между прочим). Он еще раз закивал. Мы сели в кабинку и покатили.

       Безусловно, перед поездкой я с презрением читал опусы западных и российских туристов, использующих в качестве общественного транспорта рикшей. «Буржуи проклятые, используют труд людей», - негодовали мы. И вот уже в первый наш день пребывания здесь изменили свое мнение. Почему?

       Не взываю к снисхождению г-на Кротова и прочих спортивных автостопщиков. Просто хочу, чтобы меня попыталась понять основная часть вольных путешественников.

       Тому три причины.

       Во-первых, не все так страшно. Рикши существуют двух видов – авто и обычные. Ну, по поводу авто все понятно – они представляют собой разновидность мотоцикла с приделанной к нему кабинкой и являются по своей сути мини-такси. А вот обычные… Никто уже давно не возит богатых белых мистеров на руках. К обыкновенному велосипеду приделывается кабинка и - вперед. Естественно, нужно иметь весьма сильные ноги. Обычно проблемы у рикши возникают при подъеме. Тогда он просто слезает с сиденья и везет велосипед руками.

       Во вторых, это конкретно экономит время. Конечно, можно выходить из города пешком. это - Если у вас есть неограниченный запас времени и ангельское терпение. Потому что все города и поселки индусов имеют противное свойство вытягиваться на много километров вдоль трассы и до удобной позиции придется идти несколько километров. при этом вас будут атаковать толпы аборигенов.

       И, наконец, третье. Данный вид перемещения, как, впрочем, и все в Индии, весьма дешев. Но, тем не менее, те несчастные копейки, которые вы потратите, могут быть если не единственным, то основным заработком рикши за день. Потому что в цене он, скорее всего, все равно вас надует. А вот если вы гордо пойдете пешком, то устанете, обозлитесь и вспотеете, а в это время на другом конце города домой вернется голодный и грустный индус.

       Так что решайте сами.

       Индус довез нас до отеля под названием «Агра», чем особенно не удивил. Мы в один голос закричали «Ноу отель, ноу!» Но индус только показал пальцами «Мол, все о'key». Оказалось, что ему нужны были переводчики, Которых он вскоре нам и предоставил. Когда мы объяснили им цель нашего путешествия, а те перевели нашему другу, он схватился за голову. До трассы оказалось 7 километров. Тут бы ему и остаться без денег вообще, но… Уж больно понравилось нам ехать с ним. Ветерок освежающий навстречу и все такое. Короче, мы стали торговаться и сошлись на 15-ти рупиях (курс 1$=48 ру- пий).

       Поехали. Ехать было здорово. Смотришь по сторонам на небольшой скорости, а к тебе никто не пристает. Только вдогонку кричат.

       Через час мы были уже на трассе. Отдали гонорар рикше. Он долго кла- нялся и улыбался. Видать, думал: «Ну и сшибил я сегодня бабок». У нас было игривое настроение, поэтому мы предложили индусу: «А не поехать ли нам вместе в Агру?» Индус тут же начал что-то ожесточенно высчитывать, но мы поспешили скрыться в темноте.

       И начался автостоп. Машины явно видели нас, но почему-то не останавливались. Может быть потому, что мы стояли на мосту?

       Мы прошли немножко пешком. Вот и первая попутка. Водитель вместе с пассажиром вылезли из машины и попытались нас окружить в немом удивлении. Впрочем, вскоре им удалось, так как они быстро размножались. Минут через 10 вокруг нас собралась огромная орущая толпа, которая пыталась что-то объяснить. Больше всех неистовал водитель. Он был маленький, щуплый и в очках. Так вот, он непрестанно поправлял эти очки, подпрыгивал, махал перед моим носом руками и что-то кричал. Наконец мое терпение закончилось. Я схватил его за воротник и стал трясти, выкрикивая при этом: «ХАМ! АПКЕСАТ! ДЖА! САКТЭХЭ! АГРА! ПАЙСА НЕА!» (Я думал, что говорил: «Мы едем в Агру. Без денег!» А уж что там было в реальности – кто ж это теперь разберет?) Индусы еще больше шумели, но дело никак не продвигалось. Тогда я оттолкнул незадачливого водителя, подошел к машине. Стал стучать по ее крыше и кричать: «Агра! Аотостоп! Пайса неа!» Индусы снова собрались вокруг и стали о чем-то уговаривать разбушевавшегося иностранца.

       Я наконец не выдержал:

       -Пойдем отсюда на хрен, - говорю. Но прошли мы недолго. Только выбрались из этой толпы, только стали снова стопить, как около нас останавливается та же самая машина. Водитель махает нам. Ну, мы и полезли вовнутрь.

       Он заглушил мотор, обернулся к нам и произнес долгую и весьма красноречивую фразу на хинди, в которой употребил два или даже больше известных ему полемических оборота. Но мы не смогли оценить ее по достоинству, так как были неграмотны и Из всей фразы разобрали только слово «Агра».

       -Да, - киваем, - Агра.

       Он опять за свое.

       Снова киваем:

       -Агра – о'кей. Пайса неа – тоже о'кей.

       Он что-то сказал - мы помолчали - он решил ехать.

       Но проехал недолго - Километров 10. Остановился в освещенном месте и снова к нам оборачивается. Мы думаем: «Вылезайте. Приехали». Стали вылезать. В это время к машине подбегает какой-то приличный мужик с дипломатом, который стопил. Водитель ему что-то быстро сказал, стопщик поворачивается к нам и говорит (на английском):

       -Вы хотите ехать в Агру?

       -Да. Но без денег.

       -Но почему вы не воспользовались автобусом?

       -Потому что мы пользуемся только автостопом.

       -И у вас что – нет денег?

       -Есть, но мы ездим бесплатно.

       Он опять о чем-то пошушукался с водителем и оборачивается к нам:

       -Поехали с нами, я за вас заплачу.

       -Не, так не годится. Он должен нас вести бесплатно, Или мы не поедем.

       Индус еще подумал, потом просиял – выход нашел:

       -Хорошо, он вас повезет, но вы должны будете дать ему подарок.

       -Ладно.

       Едем. Водитель - тот еще болтун. Не смолкает ни на минуту. Его первый пассажир сник, а вот новый изо всех сил пытался вставить в поток слов пару своих. Вдруг краем глаза я увидел что-то огромное, стремительно приближающееся к нашему левому борту. РАЗ! – огромный грузовик врезался в пе- реднюю дверцу. Дверца прогнулась, боковое стекло разбилось и засыпало осколками дипломат парламентера. Он его отряхнул, а затем попытался вылезти. Водитель же в это время выскочил из машины, подбежал к водительской двери грузовика, подпрыгнул и стал кричать. Через мгновение из нее вылез дальнобойщик и развел руками. Тут же вокруг них собралась огромная толпа. Как они сумели так быстро размножиться в такой короткий срок посреди трассы ночью – для меня это осталось загадкой.

       Большинство из индусов вступили в яростный спор. Некоторые стояли неподвижно и почесывали бороды. Другие пошли подробно осматривать пострадавший объект, а также сидящих в нем загадочных белых людей.

       Наконец справедливость восторжествовала. Дальнобойщик вздохнул и достал большую пачку денег, которая перекочевала в руки маленького человечка в очках. Инцидент был исчерпан, поэтому толпа вскоре рассосалась, а мы поехали дальше.

       Вот и Агра. Водитель останавливает машину и сообщает нам, что тут ему нужно свернуть. Вылезаем из машины и лезем за обещанным подарком.

       Достаем советские двадцать копеек. Индус рассматривает ее под тусклым светом уличных фонарей и пробует на зуб. явно остается довольным. Важно поправляет на носу очки и прощается с нами.

       Мы хотим есть, поэтому идем мимо прилавков, высматривая что-нибудь съестное или хотя бы на него похожее. Но цены (низкие) и вид еды (ужасный) существенно нас смущают. Наконец покупаем какие-то печенья, подобие фисташков (отвратительно! – даже не пробуйте) и пирожные. Потом Настя хочет пирожки с непонятной начинкой. Перед их употреблением пьем теплую водку…

       Однако уже довольно поздно, а мы еще хотим сегодня добраться до Тадж Махала, чтобы увидеть его ночную подсветку. Запоздалый прохожий сообщил, что до нужного места не менее 8 км. Пришлось брать рикшу.

       К нам подкатил авто, который затребовал 50 рупий. Мы гордо от него отмахнулись и пошли пешком. Он ехал за нами по встречной полосе и постепенно сбивал цену. Когда мы услышали «20», то молча полезли в кабинку. Но когда рикша добился нужной ему цены, он почему-то изменил планы.

       Провез нас в нужном направлении 3 километра и сказал: «Все! Я дальше не еду. Дальше вы сами». Денег он не требовал, Чем окончательно нас смутил. На следующий раз мы взяли обычного рикшу. Он не спеша катил нас по ночному городу, а мы смотрели на аборигенов, находясь в сравнительной безопасности от их приставаний.

       Один раз мы проезжали уличную дискотеку. Это было то еще зрелище! Десятки индусов извивались под какую-то громкую и динамичную музыку.

       Присутствовала только мужская часть населения, Так что цель подобных танцев так и осталась для нас загадкой.

       Вот они заметили нас… Мгновенно мы оказались окруженные толпой. Каждый потомок Великих Моголов норовил хлопнуть меня по плечу и что-то крикнуть. Настю они трогать не решались. Впрочем, среди них нашлись благоразумные единицы, которые сцепили свои руки и пытались сдержать толпу, как бы говоря нам: «Вот, посмотрите, не такая уж и дикая эта страна – Индия. Просто мы тоже любим развлекаться».

       Вскоре мы выехали на окраину города. Вот в темноте проскользнул мимо освещенный снизу Красный Форт. Вот мимо проплывает пустынный парк. А вот и стена, опоясывающая главную гордость Индии: Величественный, Неповторимый, романтичный и Ужасно Красивый Тадж Махал.

       Рикша довез нас прямо до охранников. Они любезно нам сообщили, что сейчас-де проход закрыт, и не прийти ли вам утром?! Я достал двадцать рупий, пожелав расплатиться с рикшей. Но тот сделал вид, что удивлен и что мы, мол, договаривались на большую сумму. Я пожал плечами: «Ах ты сволочь! На большую, говоришь?» - и дал ему двадцать две. – «Дружок, уж извини. Кидалово на москвичей не действует».

       Потом мы пошли по ночной улице, всматриваясь в вывески. Вот и отель. Сюда мы зашли попросить воды, потом заодно помылись. Теперь пора спать. Прямо рядом с Тадж Махалом находился парк, слегка охраняемый. Мы вскрыли хлипкие ворота и прокрались во внутрь, скрываясь в тени баньянов. Я оставил Настюшку с вещами, а сам пошел искать подходящее место. Парк несколько освещался, а также всюду бегали ненужные сейчас собаки. Но, вот, впрочем, и удобная ровная площадка. Мы наскоро разбили палатку и заснули, освежаемые редким здесь прохладным ветерком.

       ***

       Утром четыре индуса шли на работу. Они были очень сосредоточены и готовы к долгому и несколько нудному рабочему дню. Внезапно первый из них остановился, и прочие едва успели затормозить, чтобы не врезаться в него по инерции.

       Спрашивать ничего не нужно было. Все и так было очевидно. Индусы стояли под тысячелетним небом и молча смотрели…

       Под древним баньяном, которые они помнили еще с детства, стоял желтый домик белого человека. Вернее, они сначала не поняли, что это такое, пока из него не вылез сам взлохмаченный белый человек и с раздражением что-то не сказал. Факт выбивал из сознания и никак не укладывался в рамки тако- го, казалось бы, обычного утра.

       Но все это было в реальности. Вот – баньян, вот - желтый дом белого человек, вот – сам белый человек. Индусы постояли еще немного и с миром разошлись. Двое из них так и не пошли в этот день на работу, поспешив рассказать о странном происшествии соседям.

       НастоящаЯ любовь

       Утром мы проснулись от шумных всплесков эмоций аборигенов и наскоро позавтракали. Затем решили найти бесплатный путь в Тадж Махал. Билет сюда стоил безумные по индийским меркам деньги – 15 долларов.

       Мы пошли по жаркому и пыльному городу, пытаясь найти лазейку. Но всюду нас встречали неприступные высокие стены. Обходить пришлось довольно долго. Везде нам попадались разгоряченные южным солнцем аборигены, которые предлагали «вэри чип» купить что угодно. Впрочем, действительно очень дешево – без всякого обмана.

       Вот мы выходим на берег реки. И здесь мы уже наблюдаем настоящую Индию – реальную, живую и очень отрезвляющую. Прямо на фоне стены, опоясывающей храм, построенный в честь величайшей на свете любви; на берегу реки, которая в какой-нибудь Франции или даже у нас в России могла бы дать не один сюжет, вдохновляющий художников, - лежали горы мусора. Мусор в какой-то степени присутствовал и в самой реке. Судя по доносившемуся от нее запаху, характер мусора был не совсем безобидным и содержал явно повышенный процент компонентов физиологического состава. Настя приказала мне сфотографировать открывшийся вид, предполагая впоследствии разместить его на обложке книги. Как мы и думали, пейзаж не- предвзято характеризовал всю страну в целом.

       Наконец мы дошли до некого китайского садика, вплотную примыкающего к стене Тадж Махала. Здесь всюду среди диковинных растений бегали бурундуки.

       Внезапно из зарослей наметился небольшой индус, который манил нас за собой, обещая «beautiful view». Мы полезли за ним на небольшую полуразвалившуюся стену. Бьютефуловсть вида заключалась в том, что отсюда открывалась невидимая с других позиций стена Тадж Махала. Мы кивнули ему и стали слезать. И вот тут он засуетился. Мол, вид видели – деньги давайте. Но у нас не было настроения шутить - Жара достала, и потом Тадж Махал раздражал своей неприступностью. Поэтому мы только неопределенно пожали плечами и перестали обращать на него внимание.

       Вещи пришлось сдать в камеру хранения, потом – купить билеты.

       Основную достопримечательность Индии пропускать не хотелось.

       С некоторым внутренним волнением мы вошли вовнутрь…

       Для несведущих могу рассказать историю храма. Жил однажды один такой император Шах-Джахан (вроде бы, как раз из Моголов), у которого была очень красивая жена. Красивая – это мало сказано. Раджа был очень прагматичным человеком, но даже он однажды сказал своему другу, что «в ее облике застыла луна». Ну, может быть и не совсем так, но я бы выразил свои чувства именно этими словами.

       Помимо красоты она была очень нежной и весьма образованной. А ночью вытворяла такие вещи, которые даже по нынешним меркам считаются верхом сексуальности.

       Короче, император был от нее без ума. И, соответственно, каждую ночь приходил доказывать свою любовь. Доказывать-то он доказывал, но природа тоже в накладе не оставалась. Поэтому каждый год девушке приходилось рожать.

       Тринадцать детей она ему преподнесла. А вот четырнадцатый…

       Во время родов ей было необходимо кесарево сечение. Но Индия в ту пору была на грани гражданской войны. К тому же в стране, особенно в северных штатах, свирепствовал страшный голод. Как свидетельствует история: «родители поедали детей; кости мертвецов толкли и подмешивали в муку». Поэтому стране было не до медицинских открытий.

       Жена императора умирает в страшных муках, рожая ему четырнадцатого ребенка. Джахан безутешен. Всемогущий падишах пригласил мастеров из Стамбула, Багдада и Самарканда и приказал им выразить свою любовь в камне; десятки тысяч рабочих более 20 лет возводили прекрасный беломраморный мавзолей; его стены были украшены орнаментом из малахита, янтаря, изумрудов, а купол как бы парил в воздухе между небом и землей. Император с радостью угробил на это дело половину государственной казны. Терять-то уже нечего было…

       Когда Шах Джахан в старости утратил власть и был заключен своим сыном в крепость Агру, он часами смотрел из крепостной бойницы на возвышающийся вдалеке прекрасный мавзолей и вспоминал о своей возлюбленной.

       Вот такая история.

       Я, признаться, начитавшись западных путеводителей и восторженных описаний все тех же западных туристов, ждал гораздо большего. А тут… Ну, мечеть. Ну, красивая.

       Один из туристов написал: «когда стоишь рядом с Тадж Махалом, то тебя захватывает атмосфера чего-то сверхъестественного – настолько он большой». Не знаю… мне показалось, что в Турции я уже видел гораздо большие мечети.

       Короче, год назад Каппадокия в Центральной Анатолии оставила у меня более яркое впечатление.

       Внутри все было пристойно. На входе солдат заставил меня выбросить пластиковую бутылку, чтобы мы не мусорили. На дворе перед дворцом были устроены различные фонтаны, газоны и цветники. Всюду прогуливались индусы и иностранцы.

       Сразу хочу отметить одну отличительную особенность индусов. Пусть они тупы, пусть неопрятны и приставучи. Но они очень любознательны. Среди толп туристов, которые мы встречали в различных интересных местах Индии, 95% составляли именно индусы. Я, например, не могу себе представить турка, фотографирующегося на фоне водопада. Даже в самых фантастических снах мне не может присниться араб, который специально просыпается ни свет ни заря, чтобы понаблюдать восход солнца (конечно, если это не имеет религиозной подоплеки).

       А вот индусы – дело другое. С не меньшем интересом, чем презренные белые мажоры, они осматривали все достопримечательности и искали удачные позиции для фотографирования.

       Налюбовавшись на восьмое чудо света (я так понимаю версий «восьмого чуда» существует великое множество в мире), мы отправились гулять по старой Агре. Естественно, не обошлось без впаривания сувениров. За сущие копейки мы купили малахитовые шкатулки и красивую копию Тадж Махала. Затем наскоро осмотрели Красный Форт.

       При выходе из него нас ждало первое сильное потрясение. По дорожке, наискосок белым мистерам, резво двигалось непонятное существо. Мозг просто физически отказывался узнавать в нем человека. Он передвигался на четырех конечностях и больше всего напоминал громадного паука. Но вот он поднимает переднюю конечность и мы признаем в нем очередного калеку, просящего милостыню. В его ладонь летит монета - Только бы он не касался, Господи!

       Затем мы находим рикшей, которые соглашаются везти нас на выезд из города практически бесплатно, но только если мы заедем в магазин их друга. Так что имейте в виду подобный род индийского бизнеса!

       В магазине друга наши сердца не выдержали, и мы купили очередные сувениры (на этот раз – массивные серебряные цепочки).

       Идем по вечерней дороге в конец города. Периодически нас окружают толпы хэлперов, зевак, продавцов, халлоуинов – короче ублюдков всех мастей.

       Настя жутко бесится и впервые заявляет, что она ненавидит Индию:

       - Дайте мне бюллетень, что сюда ездить не нужно – и я первая распи- шусь. Могу и проголосовать…

       Наконец мы ловим попутку. Водитель вместе с напарником едут в нужном нам направлении приблизительно восемьдесят километров. Они что-то говорят нам, мы что-то отвечаем (также сначала на хинди, а потом на русском, что уровня понимания не меняет).

       Едем весело. Пассажир постоянно к нам оборачивается и что-то втолковывает. Мы дружно киваем и улыбаемся. Потом смеемся, не сдержавшись. Под шумок индусенок пытается положить свою руку на коленку Настьке, но она также весело скидывает ее, а потом уж и я вмешиваюсь…

       Водитель привозит нас в некий мелкий городок, и тут оказывается, что мы обещали подарок. Приходится долго рыться в рюкзаке и вручать ему очередную советскую копейку…

       Потом мы заходим в придорожную закусочную и заказываем ужин, основное содержание которого так и осталось для нас загадкой. Но перед принятием пищи пьем водку.

       Мы все еще живем по европейским меркам. Это потом мы будем есть все подряд и запивать сырой водой.

       Потом уходим по дороге в темноту. Минуты через три нас догоняет запыхавшийся индус:

       - You can't go there. There is a very dangerous area there!!!

       - Yes, we can. We want to sleep.

       - Please, sir, you can't! Hotel! Hotel!

       Но мы уже его не слушали. Мы отправились искать приличное место для установки палатки. Но попадались одни неприличные - То пашня, то ферма, то слишком открытое поле. Пришлось идти вдоль дороги километра два. Только присели отдохнуть у обочины – рядом с нами останавливается мото- цикл с тремя внушительных размеров индусами.

       - Вот, - думаю, - начинаются неприятности. И… незаметно поднимаю с земли палочку.

       Но индусы запели ту же песню.

       - Please, sir, you can't stay. It's very dangerous here!

       Но мы уверили индусов, что «не опасно» и отправились дальше. Вскоре нашли большое кукурузное поле, где и расставили палатку.

       Свадьба

       Утром, едва проснувшись, мы наконец увидели источник той самой опасности, о которой вчера предупреждали все индусы. Рядом с палаткой, в зарослях молодой кукурузы, что-то упорно шелестело.

       Я вылез посмотреть.

       Посмотрел...

       От меня на максимальной скорости убегал жутко напуганный черный кабанчик.

       Мы наскоро поели и пошли к ближайшему дому, чтобы ознакомиться с жизнью индусов в деревне. Вся семья в немом удивлении собралась смотреть, как белый мистер выливает на себя одно ведро воды за другим.

       Жили индусы плохо. Дома, покрытые соломенными крышами, имели только три стены. Спали на бамбуковых кроватях. Ели непонятно что. Животные (козы и коровы) спали здесь же.

       Мы вышли на трассу и застопили первый же грузовик. Водитель предложил лезть в кузов, где уже собралось человек восемь пассажиров. Так вот мы и поехали, незаметно обгорая на южном солнце и любуясь окрестностями. Время от времени грузовик останавливался, беря новых пассажиров. Вскоре в кузове стало ощутимо тесно. Индусы ютились в центре и по бокам, прижимаясь друг к другу. И только священные белые мистеры были неприкосновенны (Настюшка даже улеглась спать). Изредка водитель останавливался для собирания с пассажиров платы за проезд (кроме сумасшедших белых, разумеется).

       Один из молодых индусенков в течение всей поездки неотрывно смотрел на спящую красавицу. Внезапно он обнаглел и провел рукой по ее попе. Я ударил его по щеке. Он решил выскочить из машины.

       Я еще только привыкал к новой стране и чувствовал себя здесь не очень уверенно, иначе бы не избежать ему сломанной челюсти.

       Серьезно…

       Вот мы и приехали. Стопим какой-то небольшой грузовичок, который провозит нас еще километров 10. Здесь мы идем на местный рынок в надежде попить чаю. Нас приглашает в свой ангар местный мафиози. Он угощает апельсинами, чаем и расспрашивает о нашей сущности (на английском). Когда мы сообщаем, что поедем дальше автостопом, а не на поезде (к которому он нас склонял), мафиози говорит:

       - Подождите, я подумаю - как это так?

       Он думает сосредоточенно минут пять, а мы в это время потихоньку откланиваемся.

       Потом мы застопили дальнобойщика на мини-автобусе. Он развил громадную для Индии скорость – 110 км/час. По дороге мы остановились в придорожном кафе. Пока индусы варили наши супы из пакетика в котелке, я разыскал мини-бассейн, которые перед отъездом мне рекомендовал г-н Кротов как место, пригодное для помывки. Но так как из него индусы черпали воду для приготовления чая и прочей еды, то я как-то постеснялся мыться в нем, тем более - с использованием мыла.

       Индусы весьма удивлялись яствам белого человека, но готовили безропотно.

       Мы угостили супом нашего водителя, и тот съел немножко из вежливости (новая еда вызывала у него заметную опаску).

       Мы доехали со суперскоростной машиной до города Шивлури, где с некоторым сожалениям расстались. Наш путь лежал на запад – в Джанси, и дальше – к загадочным храмам Кхаджурахо.

       Идем по ночной улице. Заходим в придорожную лавку. Едим сладости и пьем чай. Пытаемся расплатиться долларом. Индусы с удивлением рассматривают незнакомую валюту и вежливо отказываются. Пришлось нам есть бесплатно.

       Снова Идем по ночному городу и стопим все подряд. Наконец останавливается грузовичок с кучей мусоров с ружьями. Те нам сообщают, что «здесь очень опасно, но теперь-де мы спасены». Потом с радостью довозят спасенных белых мистеров в самый центр города и оставляют на автобусной станции, заявляя, что автобусы – государственные, и они являются единственно возможным безопасным средством передвижения.

       Чертыхаясь, мы идем по забитой улице в сторону выезда из города. Опять хочется есть. заглядываем в пустой ресторанчик и заказываем несколько блюд. Мгновенно все соседние столики забиваются посетителями, желающими отужинать рядом с сумасшедшими белыми. По окончанию трапезы мы пытаемся расплатиться злополучным долларом. Это вызывает массовую дискуссию. Один из индусов хватает за грудки хозяина ресторана, трясет его и что-то ожесточенно доказывает. Наконец находят гонца, который торжественно ведет меня куда-то. Открываются толстые решетки, и мы входим во внутрь какого-то здания. Толстый индус с бородой и в чалме долго трясет мне руку, а потом с подозрением рассматривает подозрительный дензнак. Наконец он кивает и выдает измятую пачку рупий. Я расплачиваюсь, но мне почему-то дают сдачу, и после всех расчетов оказывается, что мы почти ничего не заплатили за ужин.

       Уже довольно поздно, мы отяжелели от съеденной еды, поэтому единственное наше желание - найти место для палатки.

       Но отыскали совсем другое…

       в одном из домов я увидел ярко освещенную арку, подсвеченную множеством лампочек. В арке тусовалось несколько красиво одетых детей. У меня есть дар влипать во всякие интересности, поэтому мы сразу же направились во внутрь помещения.

       Внутри огромная толпа индусов, заметив белых мистеров, мгновенно расступилась перед нами, создав живой коридор метров 15 длиной. Мы по нему и пошли, гадая, куда же это мы попали. Наконец в другом конце коридора появился человек, как две капли воды похожий на Брюса Уиллиса, который сердечно нас приветствовал и попросил быть дорогими гостями на свадьбе его племянницы.

       Побывать на индийской свадьбе я задумал еще в холодной Москве, поэтому с радостью мы согласились.

       Мы положили в углу свои рюкзаки и выпили заботливо принесенные для нас из ближайшего магазина бутылки ледяного «Пепси». Индусы собрались вокруг нас тесной толпой, ожидая – что же мы будем делать? Мы задумались – а действительно? Для начала решили поесть. Пока мы пробуем различные вкусности (и не очень), попытаюсь описать церемонию таинства.

       Представьте огромный зал, по бокам которого стоят длинные столы. Суть тусовки заключается в том, что огромная масса народу слоняется туда-сюда и изредка ест. Столы обслуживают поварята, которые накладывают на бумажные блюда различные яства. После поедания тарелки бросаются на пол. Сюда же отправляется и недоеденная еда. Многочисленные дети уделяют предпочтение сладким шарикам и молоку с кофе. Алкоголь отсутствует. Музыка тоже (пока). Но самое главное – что отсутствуют жених с невестой. Их участь – сидеть в темных комнатах вместе с самыми ближайшими друзьями и ждать церемонии. Жених в это время (не в этом конкретном случае, но в большинстве) – гадает, кого же это он взял замуж – уродину или может быть ничего? (Как нам объяснили, в Индии практикуются два вида браков – по любви (редко) и по договоренности родителей. В последнем случае жених с невестой нечасто имеют счастье увидеть друг друга до свадьбы). Впрочем, мне удалось увидеть невесту до церемонии. Настьку куда-то увели индусские женщины, и минут через 15 я заволновался и пошел ее искать. В одной из комнат моему взору предстала распластанная на подушках невеста, которая невозмутимо курила трубку с марихуаной. В это время ее одевали подруги.

       Я вернулся в общий зал. Здесь мне встретился наиболее симпатичный индус, которому я сообщил о его редкой схожести со звездой телеэкрана. Он заулыбался и предложил мне (только тсс!) выпить виски. Меня повели в какой-то темный коридор, постоянно озираясь, но виски все–таки не дали.

       Пришлось пить собственную водку…

       Снова метаюсь туда-сюда вместе с толпой, пытаясь понять, как же все они на свадьбе могут есть подобные гадости и не возмущаться.

       Где же Настька? Снова пошел ее искать. И вдруг…

       Темные и некрасивые лица потомков арийцев расступились передо мной. А там… Среди них… Яркий свет крутящегося прожектора на мгновение замер и выхватил из полумрака лицо неземной красоты: Огромные миндалевидные глаза, точеная фигура и похожие на жемчуг зубы. Красавица была одета в сари и неотрывно смотрела на меня.

       Это была Настька.

       Только я не сразу это понял…

       В качестве компаньона к нам приставили очередного дядю невесты, который был учителем, занудой, и к тому же владел английским. Я всегда утверждал и буду утверждать, что азиаты, владеющие английским (если, конечно, ваше общение с ними не ограничивается парой вопросов-ответов) – потенциально опасны.

       Так вот и этот. Прилип к нам как банный лист. ему хотелось говорить обо всем на свете. Он задавал нам скучные вопросы, что-то рассказывал и постоянно комментировал все происходящее вокруг.

       Чтобы немножко отдохнуть от него, я пошел на кухню, где десятки поваров прямо на полу что-то готовили или мыли посуду. Здесь же лежали горы пластиковых стаканчиков, а также отбросы и недоеденная еда. Я увидел симпатичную горку красивых шариков, которые выглядели съедобными. Взяв один из них, я откусил добрую половину. Мгновенно рецепторы вкуса послали в мозг сообщение о редкой невкусности и несъедобности оного, поэтому я стал плеваться. Индусы засмеялись – оказалось, шарик еще должен был быть обжарен в масле.

       Затем я вернулся к тусе. Дядя сообщил, что сейчас начнется церемония.

       Заинтересованные, мы уселись в первом ряду скамеек, поставленных наподобие католических церковных приходов. Сзади нас расселись многочисленные гости. Почти каждый из них имел за честь подойти к нам, познакомиться, а также сфотографироваться.

       Потом по рядам пошли официально одетые люди для произведения определенных действ. Для начала они прыснули каждому в лицо горючей жидкостью (что-то типа одеколона). Потом раздали розы, которые женщинам нужно было вплетать в волосы, а мужчинам – прикалывать к рубашкам.

       Потом настала очередь напитков. Представьте себе сладкое кипяченое молоко, в котором плавают кусочки фруктов, мяса и теста. Настя мягко воздержалась, а вот я умирал от жажды, поэтому выпил и ее порцию.

       Наконец кто-то оглушительно выстрелил в потолок из ружья несколько раз, и церемония началась. В проходе между скамеек появились медленно идущие жених с невестой. У невесты через нос к уху была продета массивная цепочка. Жених был одет в чалму, напоминал магараджу и выглядел как минимум отцом невесты, не смотря на свои 25 лет.

       Грустное зрелище, господа!

       Они поднялись на помост и встали лицом друг к другу. Затем невеста накинула жениху на шею огромный венок.

       Аплодисменты.

       Жених сделал то же самое (на всякий случай, как мне показалось).

       Овации.

       Молодые степенно сели на стулья и обернулись к залу. Таинство совершилось.

       Потом на помост стали подниматься по очереди гости, которые фотографировались на фоне молодоженов. Именно на фоне, так как последние сидели абсолютно неподвижно, и только у жениха в бешеной панике двигались по кругу глаза. Мне все это напомнило дешевые комедии, где человек забирается во внутрь статуи и шевелит одними глазами. Наша очередь фотографироваться была в самом начале – где-то после родителей, но до дедушек с бабушками.

       После дело логично подошло к танцам. Но наши животы отяжелели от съеденной еды, веки слипались, поэтому мы с некоторыми трудностями откланялись.

       По пути к манящему полю нас пыталась вовлечь в еще одну свадьбу подвыпившая тусовка индусов. Они гарантировали нам «всего лишь на одну секунду», но мы жестко возразили, что больше есть не можем.

       На манящем поле мы наскоро разбили палатку и заснули.

       Без снов.

       Там, где зарождалась Камасутра

       Проснулись Мы довольно поздно, поэтому было ощутимо жарко. палатку окружали молчаливые эвкалипты. Я сначала хотел набрать и насушить домой листьев, но потом стало лень. С неохотой мы поплелись к трассе в сторону Джанси.

       Жара начинала действовать на нервы. но ведь мы были еще в северной Индии. Что же нас ждет на юге? Мы не знали, Но догадывались.

       Рядом с обочиной на дворе дома занимались своими, неинтересными для нас делами, индусы. Мы зашли к ним и попросили ведро воды. Они открыли громадных диаметров колодец (представляющий собой чуть ли не котлован) и достали из него искомое. Вода была достаточно теплой (для обливаний). Мы пришли к выводу, что индусы колодцев строить не умеют (попробуйте в жаркий день облиться водой из нашего колодца).

       Вот и грузовик до Джанси. В нем сидели два индуса, полностью не владеющие английским.

       Да, кстати, расскажу, как мы стопили машины и объясняли водителям свою сущность. Как правило, при остановке машины водитель или напарник открывали дверь, чтобы удобнее выслушать иностранца (или даже выскакивали из машины). Прежде всего мы сообщали цель нашего пути (все равно каким тоном – просящим, требовательным или веселым). После этого я делал страшное лицо и говорил: «Без денег!» («пайса неа» – на хинди, «панам эллей» – на тамильском, «бина пыссэке» - на малаяльском (Кемала). Если водитель меня не понимал, я бил себя кулаком в грудь, махал головой и еще раз повторял страшным голосом про «без денег». После этого часть водителей (3 из 94, подвозивших нас за путешествие) уезжали, остальные предлагали залезать в машину. При этом водитель вовсе и необязательно ехал в нужном нам направлении или даже по пути, просто он действовал по принципу: пусть иностранцы сначала заберутся в кабину, а там уж потом разберемся, чего они хотят.

       Итак, нам пришлось в течение нескольких часов общаться с неугомонными представителями страны южного солнца. Сначала мы добросовестно пытались их понять, даже выискивали в их вопросах (сотнях, мать их так, вопросах!)

       Знакомые слова, а потом устали. Я стал общаться так – возьму за основу какое-нибудь слово на хинди (которое они же и произнесли) и отвечаю его на все вопросы. А когда индусы удивляются, киваю уверенно головой: «Да, да, так оно все и есть». Наконец (часа через два) даже до них дошли простые как мир истины и они отстали.

       До Джанси было всего 230 километров, но мы ползли полдня. Такую дорогу я видел впоследствии только один раз в жизни – 100 км от Пудожа в сторону Каргополя. А в Индии подобных трасс – большинство. В том числе – и дороги национального значения. Забегая вперед, хочу сказать, что по Индии мы путешествовали месяц, объездили примерно треть страны, доехав до самой южной точки – и проехали конкретно стопом всего лишь 2200 км. Первую неделю мы исправно ездили этим самым надежным (и интересным) видом путешествий, и только потом догадались, что безбожно тратим время. И не потому, что нас не брали. Брали охотно и практически на любых позициях. Основная проблема, повторяю, - ужаснейшие дороги и, как следствие, низкие скорости перемещения. Безусловно, это того стоило, чтобы ближе познакомиться с народом, но потом мы нашли более быструю (и не менее бесплатную) альтернативу.

       Итак, нас высадили в центре шумного Джанси. Мой рюкзак к тому времени конкретно достал меня своей тяжестью. Поэтому, вылезая из высоких кабин грузовиков, я подавал его неизменно собирающейся внизу толпе зевак. Те услужливо его принимали, а затем еще и надевали на спину белому мистеру. Так что если что – тоже не стесняйтесь. Халлоуинов не нужно гонять, их нужно использовать, при желании - в жесткой форме.

       Мы быстренько достигли конца города и поймали очередной грузовичок. Водитель с напарником оказались сильно верующими – у них в кабине висела статуэтка одного из богов, подсвечиваемая (весьма красиво, кстати) изнутри красным светом. Проезжая какую-то крупную реку (мы даже закричали – Ганг! Ганг! – но оказался вовсе не он), они кинули в воду цветок лотоса.

       Они везли нас оставшиеся 120 километров (то есть еще полдня). Уже в темноте высадили посреди маленького городка и посоветовали воспользоваться автобусом, так как до Кхаджурахо все еще оставалось 50 километров, а автостопа дальше нет (автостоп по-индийски – «лифти»).

       Так как стопа дальше не было, то и торопиться нам никуда не нужно было. Мы не спеша поужинали в очередном ресторане. На этот раз собралось человек 40, которые стояли молчаливой толпой свидетелей и не мешали.

       Потом мы стали задумываться о ночлеге. Купили огромную папайю и вышли на трассу. Тут же застопился джип с чуваком, у которого голова была обмотана подобно моджахедам в белые тряпки. Он сообщил нам, что провезет нас еще километров 12, а вот дальше автостопа точно не будет. Мы согласились.

       В кабине сидело трое человек с одним огромным ружьем. Оказалось, что мы попали в машину лидера демократической партии Индии, а это были его телохранители. Через несколько минут президент пригласил разделить его скромный ужин на летней вилле, а потом ехать спать в базовый дом.

       Почему бы и нет?

       На летней резиденции посреди огромного зала стоял большой стол, по разным сторонам которого мы и расположились. Президент внимательно нас рассматривал, но разговаривать напрямую с белыми людьми ему, видно, не позволял статус или кастовое положение. Он попросил парнишку по-быстрому сгонять за виски. Для начала – одна бутылка. Принесли и закуску – какие-то тошнотворные острые орешки и весьма вкусно приготовленные вареные яйца, обжаренные в чем-то черном. Так что трапеза действительно была более чем скромна.

       Ну, выпили.

       Закусили.

       Мы никуда не спешили – мы люди солидные. неторопливо обсудили с президентом внутриполитические проблемы Индии, а также ее положение в Южно-Азиатском регионе в частности, и на мировой арене – в общем. Выходило - что не очень. Даже хуже России выходило.

       Очередной телохранитель побежал за очередной бутылкой. Президент давно общался с нами напрямую. все жаждал пожать нам руки. а вот язык у него заметно сдавал (заплетался).

       Я спросил у телохранителя (они, к счастью, не пили), как последний может иметь на вооружении такое смешное ружье. На что он возразил, что это очень хорошее ружье. Что Хоть оно и не скорострельное, но из него вылетает очень много пулей (я так понял – дроби), и одним выстрелом можно без проблем уложить целую толпу злоумышленников.

       После второй бутылки главный индус сказал, что всем пора спать. Он сел за руль джипа и погнал на полной скорости по раздолбанной индийской трассе. Теплый и влажный ночной воздух раздувал его чалму, и выглядел он в этот момент очень мужественно.

       Вот мы и приехали. Нас встретил штат домашней прислуги, а также семья – все как полагается.

       Жил президент не ахти. В доме было много комнат, но ничего особенного – бетонные стены, минимум мебели, окна без стекол, но с решетками, вентиляторы (не кондиционеры). Мы хотели помыться, но в ванной комнате нас ждало разочарование. Тут присутствовал даже мини-бассейн (величиной с нашу обычную ванную), но не было горячей воды. А мы все еще привередничали и не догадывались, что в Индии принято (и принято весьма мудро для существующих условий) мыться холодной водой.

       ***

       Утром нас разбудил шум проезжающих мимо машин. Президент заметно посвежел. Но больше уже не важничал и общался с нами без всяких посредников.

       У нас жутко болели животы, поэтому мы ограничились одной папайей, еще не зная, что это так и останется нашей единственной едой на весь день. Вообще, в тот вечер я в первый (и в единственный) раз несколько отравился. В следующие двое суток Я практически ничего не ел и находился в заметной прострации. Тошнило; изредка болел живот. Может быть, так я перенес акклиматизацию.

       Телохранитель отвез нас на выезд из города, и мы предались стопу. Но на этот раз не получалось, так как нас окружила толпа велосипедистов. Они настырно ехали за нами, сновали туда-сюда и что-то спрашивали. Сначала я бесился молча, потом стал на них кричать, но они были неугомонны. Наконец я не выдержал, подошел к одному из них и сильно ударил ногой в колесо. Он уехал, но другие все еще не понимали. Один наглел конкретно. У меня сильно болел живот, но я не поленился снять рюкзак и зловеще поплестись в его сторону. Приготовился бить страшно – настолько достали. Но дорога вокруг нас уже была свободна…

       Нас подхватила молодая пара учителей. Женщина преподавала химию. Я поинтересовался, как в Индии изучают таблицу Менделеева. Оказалось, что сей ученый муж неизвестен в стране. Интересно, а что же они тогда изучают по химии?

       Вот и загадочные храмы Кхаджурахо. За оградой.

       Мы решили не торопиться, поэтому уломались на громкие призывы одного из зазывал посмотреть его «вэри чип» отель. Кстати, действительно чип – двухместный номер с душем и вентилятором стоил чуть больше бакса. Сразу заявили, что номер нам понравился, но мы не знаем, будем ли здесь останавливаться. Но в качестве серьезности наших намерений ночевать именно в этом отеле мы готовы здесь помыться, а также оставить свои вещи.

       Помылись и оставили…

       Освеженные холодной водой, надев мокрые выстиранные одежды прямо на тело, мы гордо полезли через забор музея. При этом несколько уличных торговцев (читай – подонков) кричали глупым белым мистерам «Плиз, ноу сэр!» и показывали, где находится вход. Но мы раздраженно отмахивались от них, утомленные дикой жарой.

       Вот мы идем по газонам и рассматриваем чудные храмы. Такое ощущение, что здесь были поставлены увеличенные копии песочных замков, построенных детьми. (Знаете, как иногда украшают такой храм? Черпают в ладони воду вместе с песком и поливают сверху сквозь щель между ладонями. Так вот, здесь было приблизительно то же самое).

       Только мы не долго любовались храмами и фотографировались. Сзади подошел солдат и поманил нас пальцем:

       -Извините, где ваши билеты?

       -А нету билетов!

       -Пройдемте…

       «Ну вот, - думаю, - началась потеха».

       Так и есть – ведет нас к конторке около входа.

       «А улица-то была полна стукачков. Вот сволочи!»

       А сам начинаю заводиться.

       В конторе огромный индус в форме стукнул кулаком по столу и сказал, то мы нарушили закон.

       Говорил он грозным голосом, который был довольно деланным (так иногда отцы, которым не хватает мужества, пытаются добавить в свой голос строгости, чтобы заставить слушаться непокорных сыновей).

       Я предложил ему сбавить тон и заявил, что белые мистеры могут заходить в музеи там, где им самим удобно, а не там, где предусмотрено индусами. Большой начальник несколько сник и предложил нам купить билеты. Я заявил, что мы – большие ученые, и показал Важную Бумагу. Он прочитал ее, потом еще раз, и сказал, что с бумагой или без нее – но бесплатно мы не пройдем. Тогда я потребовал вести нас к самому большому начальнику.

       Один из солдат повел молодых ученых в указанное место, но метров через 50 нас настиг окрик толстого, который сказал, что к начальнику мы не пойдем, и предложил нам уходить.

       Время тратить не хотелось (хотя г-н Кротов, я думаю, сохранил бы принцип до конца и пошел бы к Большому Начальнику, не унижаясь больше общением с этим бюрократом). Пришлось заплатить по 5 баксов.

       Храмы того стоили. (Вернее – они вообще бесценны; Стоила потеря принципа). Все внешние стены у них был украшены сотнями фигурок людей и животных не только эротичного, но прямо таки порнографического содержания. Присутствовали групповые сцены, а также зоофилия. Особенно мне запомнилась композиция с участием одной лошади и двух мужчин.

       В самый пик жары мы закончили осмотр и, чтобы хоть как-то смягчить момент разочарования у менеджеров отеля, зашли отобедать в их ресторан. Закупившись очередными сувенирами, мы стали покидать понравившийся городок. Машины весело стопились, почему-то просили деньги (место-то цивильное) и также весело уезжали.

       Минут через мы 30 остановили забитый джип, в котором индусы висели даже на дверях. Но для белых мистеров с огромными рюкзаками место внутри все-таки нашлось (просто резко возрос процент индусов, висящих снаружи). С водителем поговорить о нашей сущности не удалось – а зря.

       Он провез нас всего километров 12 до основной трассы, соединяющей Джанси и Сатну. Мы лениво поблагодарили его и пошли восвояси. Вдруг он нас догоняет и вытягивает ладонь: де платите. А сам улыбается. Я ему говорю:

       -Надо-то что? Денег нет.

       Ну, на нет – и суда нет.

       Мы зашли в лавку посмотреть сари. В лавке на специальных подушках лежали три толстых индуса и пили чай. Мы тоже прилегли и попросили оного. Хозяин налил нам, а потом стал показывать товар. Сари были ничего, к тому же дешевые. Особенно приятен был тот факт, что никто никому ничего не впаривал. Торговались лениво, не вставая; наконец сошлись на 4-х долларах. Я прикупил сари для сестренок в далекой и холодной Москве.

       Потом мы поймали очередных дальнобойщиков. Пора рассказать вам, как устроена кабина фуры в обозначенной южной стране. Она гораздо просторнее своих северных коллег. Кресла водителя и напарника располагаются впереди, а за ними во всю ширину кабины приделана специальная скамеечка (для попутчиков, стало быть). Пользование лавочкой не всегда удобно для белых мистеров, так как сидеть выпрямившись мешает верхнее лежачее место, а ноги вытянуть мешает мотор между сиденьями. Как правило, напарник водителя для удобства белых мистеров садится на угол, и тогда ноги можно положить на его сиденье. А если вы едете с девушкой, то она может лечь при желании во весь рост на скамейке и поспать (индусы против не будут).

       На стекле, как правило, висит статуэтка, характеризующая символ веры водителя (в большинстве случаев – Шива). Когда становится темно, водитель зажигает на ней специальный фонарик. Вся кабина освещается синим или красным светом. Не знаю, как до остальных, но мне всегда становилось уютно.

       В застопленной нами машине сидело трое индусов, так что было ощутимо тесно. К тому же, дорога оказалась еще хуже вчерашней, поэтому мы гордо ехали со скоростью 20 километров в час. Немудрено, что приблизительно через 4 часа я стал беситься. К тому же мне зверски мешал левый сосед. Он и так повернется, и так, и все ерзает. Я не мог ни вытянуть ног, ни прислониться спиной по-человечески. Дверь с его стороны была немного открыта, так что где-то через час мне в голову полезли всякие нехорошие мысли:

       «А что если его потихоньку вытолкнуть? Может, и не заметит никто?» Но совесть стояла на страже интересов индуса. Тогда я стал действовать по-другому: чуть он дернется, я ему ощутимо нажимаю локтем между лопатками. Или коленкой надавлю. Он раздражается, отмахивается, но молчит. Я тоже молчу.

       А на улице тем временем стемнело. Судя по карте, до Сатны было не более 200 километров. мы ехали уже около 6 часов, а города все не было. Может быть, мы не туда едем? Я все больше хмурился и все ощутимее давил локтем. Наконец водитель понял, что что-то не так. В одной из небольших деревушек он остановил машину и начал что-то терпеливо объяснять. Я разобрал только слова «раста» (дорога) и Сатна. Я ему киваю: «Да, да - дорога в Сатну». Он опять что-то тараторит. Я ему говорю: «Нам вылезать?» Он пожимает плечами и кивает.

       Мы вылезли. Индусы снова что-то объясняют. Мы их благодарим и идем в кафе. Настало время подкрепиться и ловить более быструю машину.

       Но поесть нам не удалось. Едва я почувствовал запахи еды, как меня снова стало мутить. Пришлось ограничиться чаем (Настька брезговала есть в подобных местах и злилась, что я в прошлом из чувства солидарности ее не поддерживал). Мы выпили несколько стаканов, съели какое-то печенье и протягиваем доллар. Мгновенно (и вполне предсказуемо) вокруг нас собралась толпа. Все рассматривают диковинную ассигнацию и улыбаются. Наконец хозяин заявил, что он ее принимать не будет. Мы говорим: «А что же делать? У нас больше ничего нет!» (действительно не было рупий). Ну Как быть?! Пришлось индусам скидываться и платить за нас. Мы попробовали отказаться, но они заулыбались и говорят: «We are friends with you!»

       Так вот количество моих друзей увеличилось человек на 8.

       Короче, я пытаюсь донести до читателя «метод одного доллара».

       Безусловно, метод циничный, и пользоваться им при наличии денег не следует (помните о чувстве чести белого стопщика). А вот если рупий нет…

       Мы больше его не использовали.

       В полной темноте, посреди леса, мы застопили следующих дальнобойщиков. Они были весьма мрачные, неразговорчивые и вызывали легкое чувство опасения. Впрочем, самое мрачное заключалось не в их облике, а в скорости передвижения. На этот раз мы ехали со скоростью 15 км/час. 2 часа ночи – а Сатна все не показывается.

       Больше терпеть мы не могли. Поэтому дождались технической остановки, поблагодарили водителя и разбили палатку на ближайшем поле.

       Только приготовились уснуть, вдруг слышим – шаги. Из темноты появилась зловещая фигура, лицо которой было скрыто тенью от ярко светящей луны.

       Она остановилась около самой палатки и, покачиваясь, смотрела на нас сверху вниз. Мы по-русски спросили о ее сущности. Может, зомби какой? Как ни странно, она нас поняла и что-то быстро затараторила. Луна скрылась за облаками, и мы увидели заурядного индуса, что-то нам объясняющего. Руководствуясь его жестами, можно нашу дальнейшую беседу охарактеризовать следующим способом:

       -Это мое поле!

       -Да, да, - киваем, - твое поле.

       -Мое!

       -Да. А палатка – наша. Так что же ты хочешь?

       -Я хочу, что вы ушли с моего поля.

       -Это невозможно. Мы будем спать здесь. Уходи лучше сам – ты нам ме- шаешь шумом.

       Я стал делать прогонятельные жесты рукой. Вскоре индус воспользовался все более сгущающейся темнотой и мягко в ней растворился.

       Все время на юг

       Утром мы наконец-то достигли этой злополучной Сатны. Так как здесь проходила железная дорога, то мы решили продолжать путь на поезде. Автостоп в Индии, как мы поняли – вещь весьма интересная, но медленная. Почему бы для быстроты не воспользоваться стопом второго рода?

       Ближайший поезд в нужную нам сторону был через два часа. Сейчас перед нами встала небольшая проблема – рупий не было, а все более сгущающаяся, ощущаемая почти физически, жара настоятельно требовала найти чистую питьевую воду. Я оставил Настьку на вокзале и пошел менять баксы.

       И тут… В целом городе никто не хотел мне менять презренные американские деньги. Меня отсылали от одного продавца к другому. Я вконец озверел от жары и жажды и стал использовать следующий способ: просил открыть мне бутылку пепси, отпивал часть, а потом говорил: «Рупий нет, хочу расплатиться долларами». Но продавец прикрывал открытую бутылку пробкой и вежливо извинялся. Наконец кто-то посоветовал идти в банк. Там пришлось ждать его открытия – 11:30 (а зачем открываться в несусветную рань – например, в 9:00?). Но в нем опять отказали, заявив, что мне лучше обратиться в государственный банк Индии. Нашелся и такой. Там долго мяли мою двадцатку, а потом извинились опять (ну не знаем мы таких денег!) Я в сердцах выругался: «Fucking country!!!»

       Сейчас, на страницах своей книжки, я хочу извиниться перед этой замечательной, не понятой мною на тот момент, страной.

       Наконец судьба пошла мне по нисходящей навстречу. Вернувшись на перрон, я нашел там группу студентов. Они искренне пытались общаться с нами по-английски. Для начала мы попробовали выяснить, правильного ли поезда мы ждем? (Расписание было написано на хинди и все равно ни хрена не значило – поезда в Индии редко ездят по расписаниям). Они тыкали в таблицу пальцами, спорили, и каждый называл свою версию. Наше терпение благополучно закончилось, когда один из них заявил, что ближайший поезд будет в 9 вечера. Тут уж Настька выкрикнула:

       -What is our fucking train? It's so easy, stupid boys! Но индусы так и не смогли с достоинством выйти из положения. Правда, всей гурьбой они сводили меня к очередному продавцу, который смог обменять мне ЦЕЛЫЙ ОДИН ДОЛЛАР!

       Когда я вернулся на перрон, то увидел поезд, который возможно ехал в нашу сторону (налево от города). Студенты хором закричали:

       -No, sir, this is not yours!

       Но мы все-таки стали спрашивать всех подряд индусов, куда едет этот поезд, и не один (не один!!!) не мог дать более-менее вразумительный ответ.

       Представьте, где-нибудь у нас на периферии на глухой станции появляются два негра с кожей цвета разлитой по поверхности воды нефти и страшными голосами спрашивают:

       -Куда! Ехать! Поезд! Куда! Ехать! Поезд!

       Думаю, что местные бабульки даже просто от страха назовут пункт назначения правильно.

       Не долго думая, я залез в поезд, развернул карту страны перед пассажирами и предложил показать пункт назначения «of fucking train» на ней. Они долго что-то искали, не очень-то разбираясь в английских буквах. Но я заметил, ГДЕ они ищут – в окрестностях Бомбея.

       Так что поезд ехал в нужном нам направлении. Быстро собравшись, мы заняли свободное купе.

       Ехать по пути было всего-то километров 150, но мы были поражены вре- менем езды – 3 часа. Громадное расстояние за такое короткое время! Мы давно уже отвыкли от подобных скоростей передвижения. Контроллеры не появлялись, так что мы свободно любовались окрестностями.

       Пора описать вам индийские поезда. Существует два вида – обычный и «супер фаст экспресс» (про электрички я сейчас не говорю).

       Обычный похож на наш плацкартный: три полки, на которых можно спать, на удивление чистые туалеты, вентиляторы и открытые зарешеченные окна. Поезд хорошо продувается, но все равно жарко. Средняя скорость, как я уже сказал, составляет 50 км/час. Иногда, на длинных участках пути, поезд вообще замедляется и долго едет со скоростью не более 20 км/час. Если понравится какой-нибудь живописный вид, то можно смело сойти с поезда, вдоволь налюбоваться, а потом не спеша залезть на следующий поезд. Впрочем, я ни разу не видел, чтобы индусы так поступали.

       Как и у нас, по поезду туда-сюда снуют продавцы снеди. Иногда, в час послеполуденной дремы, раздражают настойчивые, неестественно громкие и гнусавые голоса: «Чайяяяяяяяя! Чайяяяяяяяя!» Впрочем, здесь присутствует и централизованное питание. По вагонам ходят сотрудники ресторана, которые собирают заказы пассажиров. Вам предложат трапезы двух видов – вегетарианское и нет. Ну, от первого лучше мягко воздержаться, а второе скорее всего будет весьма остро приготовленной курицой с рисом. Подают блюда в пластиковых контейнерах похожих на аэрофлотские.

       Супер-фасты гораздо быстрее, делают меньше остановок, но в природе редки. Вагоны у них тщательно закрыты от проникновения жары и имеют мощную систему кондиционирования. Впрочем, пара подобных вагонов (для VIP-пассажиров) имеется в каждом поезде.

       И, наконец, самое главное. В индийских поездах можно и нужно ездить бесплатно. Для этого неплохо запастись Важной Бумагой, но можно и без нее. В последнем случае приготовьтесь к многочисленным скандалам с проводника- ми, а также, наверное, увеличивается процент высадки. Впрочем, не берите в голову! Как сказал кто-то из великих: «Ничто на свете не заменит дорожных приключений». Думаю, что бесплатный проезд во многих странах является их составной частью (но не в Италии(!) – согласно предупреждениям г-на Шанина).

       Хочу отметить, что до самого юга у нас вообще ни разу никто не поинте- ресовался билетом. Белый мистер слишком важная персона, чтобы беспокоить его из-за бренных вещей. К тому же, большинство проводников попросту стеснялись.

       Мы проехали на поездах в общей сложности около 5000 километров, и за все время только один раз нас высадили из поезда. Он был очень умный, этот проводник – читал Шопегауэра и Кастанеду, а также регулярно ездил в Дели в целях жесткого контроля над собственным уровнем IQ. Он первый и последний из всех догадался, КАКАЯ ЖЕ БОЛЬШАЯ ТУФТА наша Важная Бумага.

       Впрочем, всему свое время.

       Итак, мы счастливо добрались до города Джабалпур. Здесь мы снова были озабочены проблемой обмена денег. Выяснив, что это можно сделать только в определенном отеле, мы поймали рикшу, который готов был везти нас туда всего за одну рупию (мы давно догадались: рикши всегда возят в отели за ничтожные деньги клиентов потому, что они находятся в сговоре с хозяином – если турист заселится именно в этот отель, то рикше перепадает опреде- ленный процент).

       У рикши не оказалось сдачи на нашу десятку, так что за нас заплатил менеджер отеля. Скинув у него на рецепшн рюкзаки, мы пошли в своеобраз- ное информационное бюро.

       ***

       Пожилой служитель информационного бюро любил свою работу. И не только потому, что это было одно из немногих мест, где пожилой человек может найти должность. Он не боялся страшного слова «пенсия» (в Индии очень плохо с социальным обеспечением). В конце концов, он в молодости он получил неплохое образование и в совершенстве владел английским. Так что без куска хлеба вряд ли бы остался.

       Просто именно она (работа) позволяла ему чувствовать себя на своем собственном месте, - нужным, а вовсе не старым и бесполезным старикашкой. Он принимал звонки от иностранцев, затем сверялся со справочниками, расписанием движения поездов, куда-то звонил…

       Так проходил день. А когда солнце касалось раскаленной верхушкой старого баньяна, растущего с другой стороны дороги, он – с сознанием выполненного долга – шел домой.

       Его уважали, а Это было главное в его возрасте.

       Сегодня день был сумасшедшим. Телефон буквально разрывался от звонков иностранцев, которые хотели забронировать билеты на поезда или узнать расписание. Мало того, посередине дня явилось сразу двое – белый мистер и девушка. Они потребовали поменять им американские доллары.

       Вопрос сам по себе был деликатный, но пожилой служитель понял что влип только тогда, когда увидел достоинство купюры. 20 долларов. В этом городе вызывал трудность обмен даже стодолларовой купюры, а здесь было только двадцать. Предложив иностранцам присесть, пожилой служитель стал судорожно звонить по различным банкам.

       Рабочий день был в самом разгаре, и везде было занято. Он нервничал все больше и больше. Наконец в одном…

       - Но вы же знаете суть проблемы! Американские деньги могут быть фальшивыми, и их не так просто проверить на подлинность. Это можно сделать только в нашем здании. То есть – вы должны будете с иностранцами или без них принести сюда эту купюру и только после этого сможете выдать за нее рупии.

       Конечно, вы можете рискнуть и отдать за эту купюру собственные рупии. А там – как повезет.

       Напоминаю вам, что в независимости от того – фальшивая эта купюра или нет – американские ассигнации подобного достоинства не очень-то охотно примут в любом из банков нашего замечательного города. Что касается нашего, то я тоже не могу дать гарантии. Мне нужно посоветоваться с начальником. Он сейчас на обеде, так что вы можете перезвонить позже. Положив трубку, пожилой служитель надолго задумался. Он думал минут пятнадцать, тщательно избегая встречаться взглядом с белым мистером, которому он так опрометчиво пообещал полчаса назад «ноу проблем». Наконец он собрался и нашел в себе силы произнести (почти шепотом):

       -Sorry, sir, it's no possible…

       Белый мистер мгновенно разъярился – грубо выхватил из рук служителя доллары, крикнул «Fuck!» и выскочил наружу, громко хлопнув дверью. Уровень Владения Английским языком пожилого служителя приближался к гарвардскому, поэтому ему не нужно было переводить последней фразы мистера.

       До конца рабочего дня он так уже и не сумел сосредоточиться, расстроенный фактом своей профессиональной несостоятельности.

       ***

       Мы вышли под палящее солнце, не зная, что делать. Рупий практически не было, так что вопрос оставался открытым. На счастье, тут нам подвернулась пара студентов на мотоцикле. Они объяснили нам, что деньги можно поменять только в национальном банке Индии. Один их них нанял для нас рикшу (сам прицеплялся сбоку коляски или бежал рядом), а другой поехал на мотоцикле.

       Мы приехали в первый банк, но там служащий объяснил нам, что здесь – филиал, а такой важный вопрос можно решать только в центральном отделении. Мы поехали в это самое отделение. Там меня оставили во дворе сторожить мотоцикл, а индусы вместе с дамой моего сердца пошли вовнутрь.

       Они отсутствовали ровно час. Оказалось, что обмен долларов в этом городе – процедура трудоемкая. Как мне впоследствии рассказала Настька, сначала купюру подвергли тщательному анализу. Потом стали записывать в специальную книжку паспортные данные Настюхи, попутно поинтересовавшись, в каком отеле мы остановились (это на случай, если мы все-таки окажемся фальшивомонетчиками). Настька, естественно, назвала знакомый нам отель со злополучным бюро информации. Ее попросили задержаться в отеле минимум на су- тки.

       Потом индус отвез нас обратно на вокзал. Пока он пытался бежать рядом с коляской, мы интересовались о сущности коров в Индии. В частности спросили, может ли так случиться, что индус будет бить животное палкой посреди белого дня (подобное мы наблюдали в Агре). Оказалось, что традиции сейчас действительно стали не такими, как в старые добрые времена (пресловутые). Впрочем, до сих пор коров после смерти не едят, но хоронят – все, как полагается. Только шкуру иногда снимают.

       А потом индус наскоро влюбился в Настьку. Вернее, может быть, это про- изошло и раньше, но открыть свое сердце он решился только сейчас. Он спросил, кем я являюсь для Настьки. Она ответила, что еще приблизительно 20 дней – любимым человеком. Он мгновенно погрустнел:

       -I lost my chance!

       Потом он спросил, как я завоевал подобную девушку. Я ответил, что сума- сшествием и стихами. Он помрачнел еще больше.

       На вокзале он указал нам на столовую, в которой мы нашли в меню блю- да европейской кухни. В основном – по-разному приготовленная курица, яйца и мясные рагу. Все это было достаточно остро, но все же не так, как в стандартной индийской кухне. Наконец-то отыскался достойный вариант питания! Потом мы поймали рикшу до трассы в Нагпур.

       Стемнело. Дорога была перегружена многочисленными автобусами, которые с радостью останавливались светящимся в темноте иностранцам, а также нужными нам легковушками, фурами и, наконец, ублюдками. Последняя часть населения была в основном представлена велосипедистами, а также пешеходами. Первые выныривали из темноты десятками, полностью закрывая несчастных иностранцев от водителей машин. Иностранцы истекали потом, злились, но застопить ничего не могли. Те редкие водители, которые все-таки их замечали, попросту не могли затормозить. А велосипедисты все ехали и ехали – сплошной стеной. Многие из них еще и тормозили, пытаясь разглядеть и понять представителей неведомого здесь автостопа. Один из представителей был весьма активен, так что среди велосипедистов резко возрос процент па- дений и легких ушибов.

       С другой стороны – другая развлекаловка. Пешеходы не отставали по части любопытства, на ходу сформировываясь в толпы. Приведу пример только одного гнусного представителя толпы:

       -Извините, сэр, куда вы едете?

       -Сэр, извините, я хочу вам помочь! Куда вы едете?

       -Сэр, почему вы молчите? Вы хотите поймать автобус? Я помогу вам!

       -Сэр, почему вы не сели в автобус? Ведь он ехал в Нагпур!

       -Сэр, я вовсе не индус. Я – испанец. Я ваш друг. Я хочу помочь!

       -Сэр, извините, но дальше ничего нет! Вас здесь никто не возьмет. Вы должны ехать на автобусе. Ловить попутку – очень опасно. Дальше начинается опасная зона.

       -Сэр, позвольте вам помочь. Сейчас уже очень поздно, и вы не можете ни- куда ехать из города на ночь глядя. Я могу показать вам очень уютный и очень-очень дешевый отель. Там вы сможете спокойно переночевать, а утром продолжить свой путь.

       -Сэр, почему вы мне не отвечаете. Я еще раз акцентирую ваше внимание на то, что я – ваш близкий друг.

       -А-а, сэр, что вы делаете?

       И такие вот хэлперы появлялись и снова исчезали в толпе с завидным по- стоянством. Наконец мы застопили дальнобойщика, который ехал в Дели. Это было в диаметрально противоположную сторону, но он хотя бы вывез нас на объездную из всего этого кошмара. Потом мы застопили двух дальнобойщи- ков, которые ехали в Нагпур. Они развили неплохую скорость – около 60 км/час. Я уже стал прикидывать – вот, достигнем города часов за 5, а там сядем на ночной поезд.

       И вдруг…

       Они остановили машину и жестами показали – де, пойдем есть. Мы по- жали плечами. В придорожном кафе по привычке заказали только чай. Индусы хотели нас угостить, но цивильные белые мистеры все еще брезговали есть в подобных забегаловках.

       Мы выпили один стакан чай, второй, третий, но прием пищи наших водителей все никак не сдвигался с места. Где-то через час они предались пьянству. Я догадался, что с ними мы только теряем время. Уже минут через пять мы застопили других. Но… те тоже остановились в ближайшем кафе. Видать, в Индии наступило время ужина для дальнобойщиков. Пришлось терпеть. Эти, слава богу, обошлись без алкоголя. Всего через каких-то 40 минут мы мча- лись по ночной трассе со скоростью 50 км/час.

       Была уже поздняя ночь, поэтому мы с Настькой улеглись валетом на спальном месте. Индусы оказались джентльменами – изредка останавливали машину, и напарник водителя приносил нам чай.

       В 5 утра в предрассветной дымке мы въехали в Нагпур. Мы поблагодарили водителей и пошли искать железнодорожный вокзал. Оказалось, что до него километров 13. Пришлось стопить. Честно говоря, ненавижу ситистоп. Особенно, когда нет ни карты города, ни здравомыслящих аборигенов вокруг. Вдруг Ягужинская стопит крутейшую иномарку (не помню модель машины), хозяин которой любезно соглашается везти нас в пункт назначения.

       На вокзале нас ждало небольшое разочарование – нужный нам поезд отправлялся только через 3 часа. Мы пошли в местный ресторан с намерением позавтракать.

       Пора рассказать вам о железнодорожных вокзалах в Индии. Они обладают рядом полезных функций.

       1. Приличное питание. Здесь почти всегда можно найти кафе двух типов – вегетарианские и нет. Первые посещать не рекомендую – редкая гадость. Во вторых всегда найдутся тосты (для снобов), по-разному приготовленные курица и баранина, нормальные чай и кофе, а также более-менее съедобные гарнир и сладости. Хочу отметить, что ценность вокзалов возрастает в нетуристских городах, где практически нет ресторанов для иностранцев. Конечно, все это приемлемо для людей, которые не хотят питаться в Индии одним рисом и бананами (как, например, г-н Кротов).

       2. Помывка. Во всех залах ожидания есть душевые кабины и туалеты. Если они имеют признаки платности, то можно пойти женское отделение. Там уж точно бесплатно. Но приготовьтесь к удивленной трескотне индусок.

       3. Камеры хранения. Очень дешевы; об их нужности судите сами.

       4. Рикши. Если вы хотите достигнуть дешевого отеля, то рикши отвезут за 1 или 2 рупии. Выезд на трассу будет несколько дороже, но в любом слу- чае услуги этих господ на вокзале гораздо дешевле, чем в целом по городу. Как я уже говорил, лучше не тратить время на рассматривание различных расписаний, а сразу идти в отдел информации.

       На выходе с вокзалов иногда нарисовываются контроллеры, которые проверяют билеты у всех выходящих. нас они не трогали ни разу. Да даже если бы и произошел такой прецедент, не думаю, что это грозило бы чем-нибудь серьезным (если судить на примере местных мусоров).

       На вокзале мы наскоро позавтракали и пошли снова на перрон – вдруг какой шальной поезд появится? Такой прибыл уже минут через пятнадцать – он не значился не в одном из расписаний, о нем ничего не говорили даже в информационном бюро, но он ехал до самой Виджаявады. То есть – приблизительно 1000 км в нужную нам сторону.

       Мы быстро заняли свободное купе. Разложились на скамейках и стали тя- нуть время, как это обычно делается в поезде. По вагону сновали обилеченные пассажиры, но пока к белым мистерам подсаживаться никто не решался.

       Настя читала книжки, а я занялся починкой палатки. Где-то через час объявился контроллер. При его появлении я сделал страшное лицо и еще яростней стал втыкать иголку в полотнище. Он постоял минут пять, помялся, но побеспокоить белого мистера так и не решился. Пришлось ему удалиться, а нам пришлось скучать дальше.

       Так мы и ехали не спеша. За окном проплывали индийские пейзажи, которые уже больше не были похожи на российские. Появлялись отдельно растущие рощицы диких пальм, Но все это было не то. Одной из моих основных мечтаний, связанных с Индией, была увидеть настоящие джунгли. А таких не наблюдалось - не смотря на то, что на данный момент мы уже проехали больше половины страны. Максимум, что нам удалось увидеть – это леса чахлых деревьев, похожих на наши тополя (но только с огромными листьями).

       Я был разочарован…

       Жара в поезде была невыносимая, не смотря на все открытые окна и вентиляторы. Функционировать не хотелось, поэтому состояние переходило в легкий дрем…

       Уже вечером в наше купе пришел важный индус со своей женой, который и сообщил, что поезд решил ехать аж до самого Мадраса (то есть еще около тысячи километров на юг). Мы могли бы в нем заночевать, но я уже обещал Настьке, что сегодняшнюю ночь мы проведем в отеле. Был первый день весны, и мы хотели отметить наш личный праздник, связанный с самой тяжелой болезнью на земле. Поэтому закупившись манго и еще какими-то вкусностями, мы пошли искать рикшу. Тот нашелся на этот раз за 5 рупий. Но выбрать отель оказалось делом не простым. Один стоял в слишком шумном месте, в другом не было горячей воды. Мы уже стали беситься, но рикша, испугавшись, что клиенты соскользнут, уговорил нас дальше ехать бесплатно. Наконец мы остановились на третьем. Настька сторговалась на 3 бакса за номер (с душем и вентилятором).

       Мамаллапурам

       Ночь была горячей и жаркой, так что проснулись мы только часов в 9. Пришли на вокзал и узнали, что скоро будет супер фаст экспресс до Мадраса. Я несколько волновался – нам ведь еще не приходилось ездить без билетов в таких цивильных поездах.

       Внутри было прохладно, полностью отсутствовали надоевшие торговцы и нищие. В купе располагалось не по три полки в ряд, а только две. Короче, аналог наших фирменных поездов.

       Мы сначала несколько смутились и заняли боковые места (все купе были заняты). Но вскоре нарисовался интеллигентный индус, который на чистом английском заявил, что одно из мест - его, и даже предъявил билет. Пришлось мне сдвинуть соседей и усесться в купе с краю. Вскоре объявился контроллер. Он проверил билеты у вновь прибывшего, но побеспокоить белых мистеров не решился.

       То расстояние, которые мы вчера ехали весь день, сегодня должны были преодолеть за 9 часов. Мы наслаждались прохладой, спали, а также читали любезно предоставленные нашим соседом журналы Национального Географического общества. В середине пути он рассказал нам анекдот, который я, пожалуй, приводить здесь не буду.

       В 7 вечера мы вышли на душную платформу. В нос сразу ударил тяжелый запах большого города: рыба, гнилые водоросли, смог, канализация. Короче, все как полагается.

       Мы выпили на платформе по литру свежевыжатого ананасового сока, мысленно прощаясь с осторожностью. Но на этот раз удержаться уже не могли. Потом отправили родителям электронные письма.

       Задерживаться в Мадрасе не хотелось – я не испытываю особого турист- ского влечения к большим городам. Поэтому, справедливо догадываясь, что выбираться отсюда стопом будет непросто, мы пошли искать электричку на юг. Следующей нашей целью был город Мамаллапурам на берегу Индийского океана.

       Электричка по плотности народа напоминал нашу в час пик. Однако вскоре мы даже смогли сесть. Нас окружила толпа индусов, отягощенных южным любопытством. Они нас абсолютно не понимали, пока я не вспомнил, что здесь хинди закончился - Народ говорит на тамильском. Мы стали записывать нужные нам фразы, пользуясь услугами англоговорящих.

       В липкой темноте мы вышли в небольшом городке.

       Отсюда до океана оставалось всего километров 30. выяснили нужное нам направление и пошли в конец города, подстапливая на ходу. Но машин было не густо, и никто не стопился. Минут через сорок мы решили спать здесь. Я зашел в один дом и попросил налить воды. Оттуда выскочила маленькая девочка, схватила мою бутылку, сказала по-английски: «Я мигом!» и побежала по улице. Я проводил ее взглядом сколько смог и никогда в жизни больше не видел. В это время к нам подошел ночной человек и спросил, где мы будем спать. Я ответил ему по-английски, что в маленьком домике белого человека, а Настя безапелляционно заявила по-русски, что он – бомж. (Девушка во время всех путешествий неоднократно упрекала меня, что ко мне постоянно липнут разные оборванцы, сумасшедшие и богом избранные, а я со всеми ими общаюсь).

       Как и следовало предполагать, «бомж» пригласил нас в гости. Он повел нас по ночной дороге в ту же сторону, куда убежала девочка. Метров через 100 остановился и предложил входить. Дом был очень даже приличным. Внутри нас ждала его многочисленная семья, а сам он оказался почтальоном (Насте стало очень стыдно). Мы были представлены его детям, отцу и жене, а потом пошли мыться. Есть не хотелось, поэтому вскоре нам было предложено проследовать на второй этаж (в единственную комнату с вентилятором).

       ***

       Утром мы съели приличный завтрак. Дочкам хозяина было предложено сфотографироваться с белым мистером. Это вызвало целый переполох. Вместе с матерью они скрылись в глубине дома на целый час. Оказалось, что для такого случая они тщательно причесались, надели лучшие свои платья, а лица вымазали мукой (чтобы цвет кожи удачно гармонировал с лицами гостей). Хотя, признаться, у одного из гостей в третий раз облезал нос, лицо было обветрено, а сам он жутко потел и хотел купаться. На почтальона тоже на- шлась рубашка, которую он уже не надевал, наверное, с сезона дождей. Но зато дед - глава, стало быть, семейства - был на высоте без всяких переодеваний: Серьезная борода, юбка по щиколотку и патетическое лицо.

       …Мы шли по раскаленной (это в 10 утра) трассе и пытались стопить. Ма- шины упрямо не стопились, а одна даже имела наглость просить денежные знаки за проезд. Мы остановились в ближайшей тени и стали терпеливо ждать. Главное в стопе – дождаться свою машину.

       На этот раз нашей машиной оказался грузовик с открытым кузовом. Мы жутко обрадовались – наконец-то можно будет фотографировать окрестности, не выходя из машины.

       Природа здесь уже была почти тропическая. Дорогу обрамляли живописные рощи кокосовых пальм и банановых плантаций. Вот мы проезжаем деревню. Все дома - соломенные, но у многих торчат из крыши телевизионные антенны. Вот нагоняем стадо буйволов. Рога у них раскрашены в красный и синий свет. Вот нам кричит, махает руками и захлебывается от радости группа ребятишек. Я тоже на всякий случай им помахал…

       Индусы высадили нас около большой кучи кокосовых орехов и арбузов. Мы купили орех и тут же его разделали. Продавец стал впаривать нам арбуз за 50 рупий. Я завил, что возьму за 10. Он согласился (впоследствии мне так и не удалось купить арбуз по такой же цене).

       Освежившись, мы сфотографировали сквозь забор некий диковинный храм (спорить с охраной насчет бесплатного прохода не хотелось, да и не зачем – вот он, как на ладони виден). Потом пошли к океану. Оказалось, что от го- рода до него почти километр. С некоторым волнением вглядывался я сквозь дюны, стараясь рассмотреть волны моего первого в жизни океана.

       Вода в нем оказалась до неприличия теплой и совсем не освежала. Минут через 15 после начала купания невдалеке на пляже стали собираться индусы, желающие посмотреть бесплатный аттракцион «белая мисс ходит, купается и смеется в купальнике». Аттракцион пришлось прервать. Мы оделись и отправились смотреть диковинный храм, построенный прямо на берегу

       Бенгальского залива.

       Внутрь опять не пошли. Храм прекрасно фотографировался поверх забора. После окончания осмотра к нам подошел молодой индус, который показал на свой язык, как бы говоря: «Я немой». Затем он протянул мне листок бумаги, На котором было написано, что перед нами – студент, которому не хватает денег на обучение. Важная бумага содержала также просьбу к читающему помочь подателю сего по мере возможностей и подписи предыдущих помогальщиков с указанием пожертвованных сумм. Таких до меня набралось человек 10 (почерк их до подозрения был похож), а их возможности лежали в диапазоне от 3 до 10 долларов США (в рупиевом эквиваленте). Немыслимые, по меркам Индии, деньги.

       Отгадайте, как я интерпретировал происходящее действо? Слово есть такое: «К……о». Я расписался, а в графе «Сумма» указал: «Two vegetables». Я был рад избавиться от двух плодов непонятного вкуса, которые нам подарили где-то. Но индус яростно замычал и стал тыкать мне пальцем в бумагу, акцентируя мое внимание на том, что бедный студент принимает помощь только в круглых денежных суммах. Я кивнул, согласился и опять взял у него бумагу. На этот раз я написал: «We had tried, but unfortunately he didn't take!» Потом я хлопнул его по плечу и пожелал успехов в его непростом занятии с обновленной бумагой.

       Когда мы прошли чуть дальше, перед нами предстало мрачное зрелище. Мы думали, что уже свыклись с картиной повальной нищеты на улицах Индии, но новое тому свидетельство почему-то особенно тронуло меня. Прямо под палящим солнцем, на песке, стояли хижины бедняков высотой не более 50 сантиметров в вышину. Люди влазили вовнутрь чуть ли не ползком. Дома были полностью беззащитны перед тропическими дождями и безжалостным воздействием солнечных лучей.

       Из них выскочили веселые ребятишки. У них было детство, и они еще не успели приобрести тусклого взгляда родителей, которые не понаслышке были знакомы с источником всех бед в этом мире – бедности (по крайней мере, именно так и заявляли древнеиндийские философы).

       Дети были полуголые (их одежду составляла только набедренная повязка), но у каждого на ноге была серебряная цепочка (а у некоторых даже несколько). Мы сначала подумали, что это подделка, но, только вернувшись в Москву, я узнал, что в Индии подобный случай – в порядке вещей. У самых нищих, даже не имеющих куска хлеба или банана, единственным имуществом могла быть какая-то драгоценность, которую они бережно хранят и впоследствии передадут детям в наследство. Вот так интересная страна!

       Мы прошли чуть дальше и забрели в небольшой ресторанчик. Пока готовился наш обед, я имел удовольствие наблюдать двух индусов, тщательно моющих ружья под колонкой. Они заливали воду прямо в ствол и тщательно чистили внутри деревянной палочкой. Я подобрался к ним почти вплотную и сфотографировал. Но они меня заметили и стали требовать деньги, недвусмысленно махая ружьями. Я посчитал за лучшее скрыться снова в ресторане. Затем мы набрели на одинокую буддистскую ступу. Вход вовнутрь оказался платным: всего 1 рупия, но меня разозлил сам факт платности святого места. А тут еще подкатил служитель: де, Шиве нужно купить подарок - банан, ананас и апельсин. Стоило все это 20 рупий. Я уже стал составлять коекакое мнение о своеобразном бизнесе, поэтому от покупки подарков для шивы мы мягко воздержались.

       Внутри нас ждал еще один сюрприз.

       ***

       Среди благовоний и цветов белых мистеров приветствовал молодой служитель восточной религии. Он вежливо поздоровался с гостями, даже не интересуясь подарком для Шивы. Потом стал что-то рассказывать на английском, явно довольный, что иностранцы проявили интерес к самому любимому богу. Он даже стал молиться за европейцев, а потом спросил, как зовут родителей гостей. Чтобы, стало быть, помолиться и за их здоровье заодно. Имен он выговорить не смог, но приличия ради пробубнил что-то, покривлялся еще чуть-чуть и наконец-то приступил к делу:

       - Шива хочет немножко денег. Чисто символически, пожалуйста.

       Иностранцам он искренне понравился, поэтому они захотели помочь Шиве, который хочет немножко подарка. Один из иностранцев (мужчина) полез в карман и достал всю имеющуюся мелочь – 7 рупий. Может быть, это было совсем немного, но белому мужчине вовсе не хотелось нарушать торжественность момента мыслями о деньгах. Он думал о той церемонии, которую они только что наблюдали, и которая помогла ему прикоснуться к чему-то древнему и вечному.

       Но служитель был более прагматичен. Он вежливо улыбнулся и спросил:

       - А у вас случайно нет бумажных денег?

       Пришлый мужчина даже рот открыл от удивления и переспросил:

       - Чччто? – именно в этот миг белый мистер терял веру во все самое светлое и прекрасное в мире, поэтому от важности момента даже слегка заикался. Думая, что он непонятно выразился на чужом языке, служитель достал пачку купюр и повторил вопрос:

       -Ну, бумажные деньги – есть они у вас? Шива их очень любит!

       Дальше события развивались несколько в неожиданном направлении для последнего говорящего и очень динамично. Впоследствии, анализируя события во время отдыха перед вечерней молитвой, служитель пришел к очень неприятному выводу. Может быть, это были только его предположения, несколько не соответствующие действительности. Но служитель был склонен думать именно так, и никто не смог бы его переубедить.

       Он не был особо умным, Но был наблюдателен (этому способствовало постоянное общение с незнакомыми людьми) и очень хорошо умел связывать